Станислав Жирков: система здравоохранения должна быть построена на уважении к врачу

О врачевании и услугах 

– Вы прошли путь от санитара и фельдшера до генерального директора крупнейшего медцентра. Как этот путь изменил ваше понимание главного вопроса: кому в современных реалиях служит врач — пациенту, учреждению, государству, статистике или собственной совести?

– В первую очередь всему народу в лице каждого отдельного пациента. Но слово «служба» сегодня не самое удачное. В последнее время было многое сделано для того, чтобы пациент чувствовал себя правым в любой ситуации. Но когда ему дается слишком много «прав», это не лучшим образом влияет на результат лечения.

Обратившись к истории, мы увидим, что врач всегда был в почете, его уважали, ему доверяли. И дело не в том, что у пациента было меньше прав, а в том, что у него не было категоричной установки, что врач обязан его лечить. А сейчас отношение к медработникам построено на том, что они должны буквально обслуживать пациента. Эта система не принесет большого успеха, потому что врач, находясь в положении «обслуги», не заинтересован в своем развитии. Он, сильно не задумываясь, будет работать по конкретным чек-листам или определенным клинрекам.

Но врачевание – это искусство, которое требует от врача создания невидимой связи с пациентом и его «чувствования». Это значительно увеличивает вероятность благоприятного исхода. Действия, направленные на «удовлетворенность услугами», разрывают эту связь и ведут к большим потерям. Поэтому нам нужно перестроить взаимоотношения врача и пациента, сменив установку «долженствования» на уважительное партнерство.

– Получается, что в результате разрывается какая-то тонкая связь между врачом и пациентом?

– Да, и это очень большая проблема. Я наблюдаю: когда врачу доверяют, обращаются к нему с уважением и почтением, исходы лечения значительно улучшаются. Потому что все равно есть природа, есть взаимосвязь между людьми. Нельзя разрушать это тонкое взаимодействие. Система должна быть построена в первую очередь на уважении к врачу.

– Тогда и у пациента вера во врача возникает. А так – какая вера к «обслуге».

– Да, именно вера. Если ты относишься к лечению, как к обслуживанию, как будто все тебе должны, тогда, конечно, эта философия, эта энергетика ломается. Поэтому мне бы очень хотелось, чтобы появилась новая культура – даже не просто партнерская система, а именно новая культура взаимодействия с медорганизациями и врачами. И эту тонкую грань нужно четко понять и показать в системе, которая должна быть выстроена.

– Когда вы говорите: «Все вместе мы должны построить новую нацию», что вкладываете в слово «мы»? Это прежде всего врачи, госуправленцы, сами граждане, школа, семья, муниципальная власть, бизнес?

– Всю ответственность за здоровье нации на здравоохранение тоже перекладывать не нужно. В первую очередь ответственное отношение к здоровью должно быть у самого человека. Его нужно воспитывать с пеленок, передавать детям и следующим поколениям.

Сегодня здравоохранение занимается в основном болезнями – диагностикой и лечением. А профилактика, превентивные технологии – это то, ради чего должны объединяться государственные институты и семья. Начинать надо с детства – с питания, с гигиены, с культуры здоровья. Раньше в детских садах были фельдшеры, которые рассказывали о здоровье, обучали гигиене, к примеру, ротовой полости. Это нужно возвращать в нашу жизнь. В каждом якутском селе, в каждой деревне есть люди, которые занимаются здоровым образом жизни, йогой, фитнесом. Их тоже надо объединять вокруг цели здоровьесбережения. В муниципалитетах должно быть больше культурно-массовых просветительских мероприятий. Это важно и для ментального здоровья, когда человек видит образ будущего и понимает, что все будет хорошо.

О роли руководителя клиники

– Как глава крупного медцентра вы наверняка осмысливали один из важных вопросов в организации здравоохранения: какими качествами должен обладать руководитель клиники?

– Я оперирующий хирург и считаю, что для врачей важно, чтобы руководитель тоже был профессионалом. Когда ты можешь на равных обсудить сложные случаи, провести консилиум, вместе участвовать в борьбе за жизнь пациента, коллеги с тобой считаются. Просто руководить, оставаясь отстраненным от коллектива, – это уже, наверное, не управление.

Я захожу в операционную, общаюсь, получаю обратную связь. Даже просто поздороваться, пожелать успешной операции — это тоже один из инструментов управления. Хороший руководитель в медицине должен пройти все этапы профессионального становления, начиная с работы санитаром. Хотя, конечно, не всегда хороший хирург может хорошо руководить. Поэтому важна параллельная подготовка по менеджменту.

– А какие личные качества должны быть у руководителя большой медорганизации?

– Главное – нужно любить людей.

– Вам удается соблюдать баланс между формальным администрированием и врачебной деятельностью? Между человеческим и формальным?

– У меня постоянно включены обе составляющие. Если под «формальным администрированием» понимать приказы, распоряжения и нормативные акты, то, наверное, в моем управлении преобладает другое – 70% человеческой составляющей. Подстраиваться под формализм иногда приходится, но его не должно быть слишком много. Такая подстройка забирает много энергии, ведет к профессиональному выгоранию и ограничивает в развитии.

– Сегодня многие медучреждения декларируют внедрение системы менеджмента качества (СМК), но сотрудники нередко воспринимают ее как еще один вид контроля. Как сделать, чтобы управление качеством не стало медицинской бюрократией нового типа?

– Во время создания СМК нам нужно было решить очень сложную задачу – добиться вовлеченности персонала. Сначала люди не понимали, зачем это нужно. Тогда мы начали уходить от скучных формальных семинаров и проводить их в игровой форме, в формате интеллектуальных командных мероприятий. Через какое-то время оказалось, что СМК стала буквально защищать и спасать нас в сложных ситуациях. Каждый такой случай нужно обязательно разбирать и показывать коллективу: вот, эта система нас опять спасла.

После внедрения СМК сотрудники признали, что их работа во многом стала легче. Они осознают свою миссию и понимают, зачем приходят на работу.

С персоналом нельзя не считаться. Нужно постоянно объяснять, разговаривать, чтобы люди понимали: каждый сотрудник несет важнейшую миссию. В нашем центре развивается не только высокотехнологичное направление, но и сама среда и атмосфера: пространство, эстетико-культурные инициативы, выставки, библиотеки…

– Красота, порядок, культура и уют в клинике – это не дополнение, а часть терапии, уважения к достоинству человека?

– Однозначно. Любая среда должна быть теплой, она не должна отторгать. Когда человек заходит в спокойное, уютное пространство, он уже немного меняется. Особенно, если он болеет.

Но мы создаем эти пространства не только для пациентов, но и для сотрудников. Это важно, потому что человеку нужно разгружаться. Даже такое, казалось бы, неожиданное решение, как салон красоты в медучреждении, стало очень востребованным.

– Забота о сотрудниках – это эффективный управленческий инструмент?

– Да. Нужно заботиться о коллективе, как о своем детище. Если сотрудники почувствуют искреннюю заботу, они обязательно ответят добром и эффективной работой.

– Центр такого масштаба, где работают около 3 тыс. разных людей, легко может стать безличным. Как вы боретесь с риском организационной анонимности, когда сотрудники перестают ощущать, что они часть общего дела, а не винтики большого механизма?

– Мы создаем атмосферу, когда каждый сотрудник – самый главный. От него, как от всех, зависит выздоровление пациента.

О справедливости в медицине

– В Якутии особенно остро стоит вопрос справедливости: огромные расстояния, климат, логистика, кадровые и инфраструктурные ограничения. Что для вас означает справедливость в медицине: равенство доступа, равенство шансов, приоритет наиболее уязвимых?

– В Якутии всегда была сильная система здравоохранения. Я сам учился и вырос в ней. Наш медицинский центр был построен в 1990-е, в самые сложные годы. Строительство огромного больничного комплекса с привлечением зарубежных подрядчиков – это выдающаяся заслуга первого президента республики – Михаила Ефимовича Николаева. Именно с того времени начались стажировки, освоение лучших практик, обучение в сильнейших клиниках.

Что касается расстояний, мне кажется, наше население сохранило связь с природой. А в ней есть ответы на многие вопросы. Возможно, тепло человеческого взаимодействия и ответственность друг перед другом связаны с нашей близостью к природе. Мы живем в экстремальных климатических условиях, и, чтобы выжить, люди должны относиться друг к другу с теплотой.

– Вы добились значительного прогресса в снижении смертности от болезней системы кровообращения. За счет чего?

– Новое здание и новые технологии – одни из главных факторов, которые обеспечили хорошие результаты. Без высокотехнологичного оборудования таких показателей достичь бы не удалось. Но мы выстроили и внутренние системы.

На территории республики медицинская эвакуация порой занимает 3–4–5 часов. Бывают сложные метеоусловия и нелетная погода. И здесь нам очень помогают телемедицинские технологии – у нас работает дистанционный консультативный центр. Несколько лет назад мы сделали акцент на усиление работы с пациентами высокого риска. Они приезжают к нам заранее, им проводится коронарография, и, если есть значимый стеноз коронарных артерий, мы планово осуществляем стентирование. В плановом порядке выполняем достаточно много операций, в том числе при аневризмах сосудов головного мозга.

О философии врачевания

– Как вы относитесь к цифровизации в здравоохранении?

– Различные приложения, искусственный интеллект уже вошли в нашу жизнь. Они будут помогать людям качественно и долго жить: подбирать подходящую физическую активность, рассчитывать питание, рекомендовать оптимальный образ жизни. Но человеческое тепло и заботу никакие гаджеты не заменят. Когда врач общается с пациентом – это уже половина выздоровления. В будущем именно общение с живым врачом может стать очень дорогим, что приведет к росту практики самолечения и связанным с ней рискам.

– В чем главная роль наставника в медицине для молодых врачей?

– Мы должны передать философию врачевания, в центре которой находится пациент и его выздоровление. Потому что со временем эта философия может потеряться из-за критического усиления в медицине коммерческой составляющей. Пациент не должен становиться коммерческим проектом, источником зарабатывания денег. В первую очередь система здравоохранения и врач должны быть заинтересованы в выздоровлении человека, а не в продлении его заболевания.