Витамины группы В в практике невролога

Витамины группы В: функции и источники

К витаминам группы В относят: тиамин (B1), рибофлавин (B2), никотинамид или ниацин (B3 или РР), пантотеновую кислоту (B5), пиридоксин (B6), биотин (B7), фолиевую кислоту (B9) и кобаламин (B12) [1]. Витамины B группируются не на основе сходства химической структуры (биохимически они совершенно гетерогенны), а по их растворимости в воде и взаимосвязанным функциям клеточных коферментов, к тому же они по большей части встречаются в одних и тех же продуктах питания [2].

Большинство витаминов В вырабатывается растениями, также они могут поступать в организм через продукты животного происхождения (мясо, молочные продукты, яйца). Витамин B12 вырабатывается бактериями, колонизирующими переднюю часть кишечника жвачных животных или толстую кишку человека, поэтому он содержится только в продуктах животного происхождения, таких как печень, рыба, яйца или молочные продукты. Хотя витамин B12 вырабатывается бактериями в толстой кишке человека, он недоступен для усвоения, поскольку его адсорбция происходит выше отдела, где он вырабатывается, в слизистой оболочке подвздошной кишки [1].

Все витамины группы B необходимы в качестве коферментов для ферментативных реакций в различных биологических системах, и хотя их роли различаются, они тесно взаимосвязаны и дополняют друг друга [3].

Некоторые витамины группы В обладают нейроспецифическими функциями; так называемые нейротропные витамины В1, В6 и В12 играют важную роль в центральной (ЦНС) и периферической нервной системе (ПНС). Хорошо известно, что диета существенно влияет на нормальное функционирование ЦНС и ПНС [4], в частности, эти витамины – незаменимая часть рациона для поддержания здоровья нервной системы. Основные биохимические механизмы действия витаминов B1, B6 и B12 на функцию нервной системы отображены в таблице 1.

Нейротропные витамины В1, В6 и В12

Витамин B1 (тиамин) необходим для энергетического метаболизма, в частности, углеводного, белкового и жирового обмена; для биосинтеза ацетилхолина он важнейший компонент системы проведения возбуждения в нервных волокнах, помогает в процессе их регенерации, участвует в построении мембран нервных клеток и защищает их от токсического воздействия продуктов перекисного окисления [5].

Недостаток тиамина приводит к дефициту образования энергии за счет нарушения сгорания углеводов, следовательно, к недостаточному биосинтезу жирорастворимых кислот, холестерина, некоторых гормонов, аминокислот и нуклеиновых кислот [1]. Авитаминоз В1 ведет к накоплению продуктов недоокисленного пирувата, которые токсически действуют на ЦНС. Вторичный дефицит витамина В1 встречается при заболеваниях ЖКТ, печени, тиреотоксикозе, наркомании и токсикомании, а также длительной терапии петлевыми диуретиками [6]. Выраженный алиментарный дефицит В1 приводит к развитию болезни «бери-бери» (нарушение деятельности нервной, дыхательной и сердечно-сосудистой систем). Нарушение обмена тиамина участвует в патогенезе ряда атаксий (атаксии Фридрейха, спиноцеребеллярной атаксии I типа, периодической атаксии) и невропатий (наиболее частый пример – диабетическая и алкогольная полиневропатии).

При алкоголизме этиловый спирт значительно уменьшает всасывание тиамина и обусловливает его алиментарный дефицит; на фоне несбалансированного питания и печеночной дисфункции это приводит к развитию астенического синдрома (утомляемости, раздражительности, снижения аппетита); возможно развитие полинейропатии с наличием двигательных и сенсорных нарушений, болевого синдрома; при тяжелых формах алкоголизма начинаются осложнения со стороны ЦНС (энцефалопатия Вернике, корсаковский психоз), которые при отсутствии лечения имеют высокий уровень летальности [7]. Своевременной диагностике помогает исследование тиамина в суточной моче (в норме ≥100 мкг) [6].

Витамин В6 (группа из трех производных пиримидина: пиридоксаль, пиридоксин и пиридоксамин) играет важную роль в жировом и белковом обмене, связан с более чем 140 коферментными функциями [7]; участвует в синтезе простагландинов, серотонина, катехоламинов, глутаминовой кислоты, g-аминомасляной кислоты, дофамина, гистамина и многих других веществ, необходимых для функционирования ЦНС и ПНС, а также в процессах миелинизации нервов; имеет мощную антиоксидантную активность [2, 5, 8].

Для дефицита В6 характерны специфические кожные проявления (себорея области носа, глаз и рта в сочетании с глосситом и стоматитом), изменение эритропоэза и разные нарушения деятельности нервной системы: возникновение эпилептиформных судорог, депрессивных расстройств, нейропатии. Возможность недостатка пиридоксина рассматривается при дифференциальной диагностике любой сенсорной или сенсомоторной формы полинейропатий. Обычно дефицит В6 сочетается с недостатком других витаминов группы В (часто обнаруживается при алкоголизме). Лечение пеницилламином болезни Вильсона – Коновалова (гепатолентикулярной дегенерации) приводит к формированию дефицита В6, поэтому требует назначения дополнительно витаминов группы В [6]. Дефицит часто наблюдается у пациентов, находящихся на гемодиализе (более 80%), особенно, если они страдают уремией. Кроме того, повышенное количество витамина B6 необходимо во время беременности для обеспечения развития головного мозга плода, а также добавки пиридоксина могут уменьшить тошноту на ранних сроках беременности [2, 9].

Витамин В12 (группа кобальтосодержащих биологически активных веществ, основной из которых цианокобаламин) оказывает гомопоэтическое, эритропоэтическое, противоанемическое, метаболическое действие, участвует в углеводном, липидном, белковом обмене; в частности, необходим для окисления жирных кислот и распада метионина, валина, изолейцина и треонина, при нарушении этих реакций накапливаются метаболиты, вызывающие дистрофию нервных клеток и демиелинизацию нервных волокон [5].

Дефицит В12 проявляется пернициозной анемией и различными неврологическими нарушениями [10, 11]: психическими расстройствами и деменцией, фуникулярным миелозом, полиневропатическим синдромом; в основе клинических проявлений лежат задержка миелинизации или демиелинизация нервных волокон, увеличение концентрации нейротоксических цитокинов в спинномозговой жидкости, накопление лактата в нейронах мозга. Симптомы поражения нервной системы иногда могут опережать гематологические нарушения, в 15% случаев дефицита В12 характерные гематологические проявления могут отсутствовать. Диагностическим критерием в таком случае служит повышение серологических уровней метилмалоновой кислоты и гомоцистеина [12].

Таблица 1. Основные биохимические механизмы действия витаминов B1, B6 и B12 на функцию нервной системы [2]

ЦНС и ПНС: клиническое значение нейротропных витаминов

Таким образом, нейротропные витамины группы В играют важную роль как в ЦНС, так и в ПНС. В ЦНС одна из наиболее важных функций нейротропных витаминов группы В (В6, В12, кроме того, В9) заключается в их участии в метаболизме фолиевой кислоты и гомоцистеина. Дефицит этих витаминов связан с повышением уровня гомоцистеина, который, как предполагается, оказывает нейротоксическое действие. Способствуя окислительному стрессу и нейродегенерации, повышенный уровень гомоцистеина может быть фактором риска развития деменции, когнитивных нарушений и болезни Альцгеймера [1, 13]. Выявляется значимая связь между дисфункцией цикла метионин-гомоцистеин и когнитивными нарушениями, о чем свидетельствует низкий уровень витаминов B6 и B12 [14]. Кроме того, диетические добавки с витаминами группы В могут оказывать благотворное влияние при других неврологических заболеваниях, таких как тревожность, стрессовые расстройства и рассеянный склероз [15, 16].

В ПНС нейротропные витамины группы В способствуют поддержанию оптимального функционирования нервов. Их дефицит может привести к развитию заболеваний периферических нервов, невропатий. Эти витамины играют роль в регенерации поврежденных нервов. [17]. Кроме того, даже при отсутствии явного дефицита, лечение нейротропными витаминами группы В эффективно облегчает симптомы нейропатии [1, 18]. К примеру, в недавнем проспективном неинтервенционном исследовании показано, что пациенты с периферической нейропатией различной этиологии, получающие высокие дозы витаминов группы В (В1, В6 и В12) в течение 90 дней (не зависимо от уровня в крови витаминов группы В), получили значительную пользу от лечения в виде облегчения болей, жжения, парестезий и онемения [19].

Следует подчеркнуть, что витамины B1, B6 и B12, скорее всего, играют синергетическую биохимическую роль в нервной системе, то есть ни один из них не может заменить другую. Витамин B1 особенно необходим в качестве кофактора в метаболизме глюкозы и таким образом косвенно поддерживает синтез нуклеиновых кислот, нейротрансмиттеров, миелина и т. д., обеспечивая энергию для этих процессов. Кроме того, предполагается, что он способствует антиоксидантным механизмам [20]. Витамин B6 функционирует как кофермент в синтезе нейротрансмиттеров, необходимых для синаптической передачи (например, дофамина, серотонина, ГАМК) и играет нейропротекторную роль, основанную на его важности для глутаматергической системы [21]. Основная роль витамина B12, касаемо невропатии, заключается в синтезе миелина, что позволяет восстанавливать периферические нервы [22].

От дефицита или недостаточности одного или нескольких нейротропных витаминов страдает значительная часть населения, и спектр заболеваний, в патогенезе которых играет роль этот дефицит, достаточно широк и разнообразен: от депрессии, энцефалопатии и судорог до невропатии и хронических болей [23, 24]. Витаминодефицитные состояния и генетические дефекты метаболизма витаминов служат безусловным показанием к их назначению.

Кроме того, витамины группы В улучшают ряд неврологических состояний, не связанных напрямую с их дефицитом. Показано, что добавление комбинации витаминов B1, B6 и B12 оказывает синергическое воздействие, положительно влияя на невропатию, двигательный контроль, ноцицептивную и нейропатическую боль [25], поэтому их успешно используют в комплексной терапии туннельных синдромов и полиневропатий, астенических состояний и психозов, болевых синдромах и др. Витамины группы В – одни из наиболее часто применяемых в неврологии препаратов.

Литература
1. Kennedy DO. B Vitamins and the Brain: Mechanisms, Dose and Efficacy--A Review. Nutrients. 2016 ;8(2):68. 
2. Calderón-Ospina CA, Nava-Mesa MO. B Vitamins in the nervous system: Current knowledge of the biochemical modes of action and synergies of thiamine, pyridoxine, and cobalamin. CNS Neurosci Ther. 2020;26(1):5-13. 
3. Sechi G, Sechi E, Fois C, Kumar N. Advances in clinical determinants and neurological manifestations of B vitamin deficiency in adults. Nutr Rev. 2016;74(5):281‐300.
4. Wendolowicz A, Stefanska E, Ostrowska L. Influence of selected dietary components on the functioning of the human nervous system. Rocz Państw Zakładu Hig. 2018;69(1):15‐21.
5. Пилипович А.А. Применение витаминов группы В в терапии полинейропатии разного генеза. CardioСоматика. 2018; 2: 36–42.
6. Чернуха Т.Н. Применение витаминов группы В в неврологической практике с точки зрения доказательной медицины. Медицинские новости. 2024; 4: 29–33.
7. Parra M, Stahl S, Hellmann H. Vitamin B6 and its role in cell metabolism and physiology. Cells. 2018;7(7):84.
8. Zhang M. Two‐step production of monoamines in monoenzymatic cells in the spinal cord: a different control strategy of neurotransmitter supply? Neural Regen Res. 2016;11(12):1904‐1909. 
9. Brown MJ, Beier K. Vitamin B6 Deficiency (Pyridoxine) In: StatPearls [Internet]. Treasure Island, Florida, USA: StatPearls Publishing; 2018. 
10. Kumar N. Neurologic aspects of cobalamin (B12) deficiency In: Biller J, Ferro JM, eds. Handbook of Clinical Neurology Vol 120 Amsterdam, Netherlands: Elsevier; 2014:915‐926. 
11. Adamo AM. Nutritional factors and aging in demyelinating diseases. Genes Nutr. 2014;9(1):360. 
12. Obeid R, Fedosov SN, Nexo E. Cobalamin coenzyme forms are not likely to be superior to cyano‐and hydroxyl‐cobalamin in prevention or treatment of cobalamin deficiency. Mol Nutr Food Res. 2015;59(7):1364‐1372. 
13. Mikkelsen K, Stojanovska L, Tangalakis K, Bosevski M, Apostolopoulos V. Cognitive decline: a vitamin B perspective. Maturitas. 2016;93:108‐113.
14. Palacios N, Scott T, Sahasrabudhe N, et al. Lower plasma vitamin B‐6 is associated with 2‐Year cognitive decline in the Boston Puerto Rican health study. J Nutr. 2019;149(4):635‐641.
15. Nemazannikova N, Mikkelsen K, Stojanovska L, Blatch GL, Apostolopoulos V. Is there a link between vitamin B and multiple sclerosis? Med Chem. 2018;14(2):170‐180. 
16. Mikkelsen K, Hallam K, Stojanovska L, Apostolopoulos V. Yeast based spreads improve anxiety and stress. J Funct Foods. 2018;40:471‐476. 
17. Nedeljkovic P, Zmijanjac D, Draskovic‐Pavlovic B, et al. Vitamin B complex treatment improves motor nerve regeneration and recovery of muscle function in a rodent model of peripheral nerve injury. Arch Biol Sci. 2017;69(2):361‐368.
18. Rizvi A, Ahmad A, Rizvi Z. Efficacy of combination of vitamin B1, B6 and B12 in management of diabetic peripheral neuropathy. Pak J Med Sci. 2013;7:801‐804. 
19. Hakim M, Kurniani N, Pinzon RT, et al. Management of peripheral neuropathy symptoms with a fixed dose combination of high‐dose vitamin B1, B6 and B12: a 12‐week prospective non‐interventional study in Indonesia. Asian J Med Sci. 2018;9(1):32‐40.
20. Sriram K, Manzanares W, Joseph K. Thiamine in nutrition therapy. Nutr Clin Pract. 2012;27(1):41‐50.
21. Zempleni J, Suttie JW, Gregory JF III, Stover PJ. Handbook of Vitamins. Boca Raton, Florida, USA: CRC Press; 2013. 
22. Аdamo AM. Nutritional factors and aging in demyelinating diseases. Genes Nutr. 2014;9(1):360.
23. Smith AD, Refsum H, Bottiglieri T, et al. Homocysteine and dementia: an international consensus statement. J Alzheimers Dis. 2018;62(2):561‐570.
24. Mikkelsen K, Stojanovska L, Prakash M, et al. The effects of vitamin B on the immune/cytokine network and their involvement in depression. Maturitas. 2017;96:58‐71.
25. Hakim M, Kurniani N, Pinzon RT, et al. Management of peripheral neuropathy symptoms with a fixed dose combination of high‐dose vitamin B1, B6 and B12: a 12‐week prospective non‐interventional study in Indonesia. Asian J Med Sci. 2018;9(1):32‐40.