В Генпрокуратуру пожаловались на принудительную замену выдаваемых льготникам препаратов
![](/apps/mv/assets/cache/files/content/news/1048/104826/front-jpg/front-z-400.jpg?time=1725967003)
Генпрокуратуру попросили разобраться с ростом числа жалоб граждан на невозможность получить необходимые им лекарственные препараты по льготам – письмо на имя генпрокурора Игоря Краснова направил президент «Лиги защитников пациентов» Александр Саверский. Документ есть в распоряжении «МВ».
Льгота или кабала
Саверский указывает, что рост числа таких жалоб наблюдается с начала 2024 года в ряде регионов, в том числе Москве и Подмосковье. Речь идет о пациентах с разными диагнозами, включая онкологию, диабет, ревматологию, кардиологию, рассказал он «МВ».
В письме Саверский поясняет, что медорганизации начали давать справки льготникам о том, что на складе нет жизненно важных лекарств, и, например, несмотря на прописанную в клинических рекомендациях (КР) схему с использованием двух препаратов, обеспечивают пациента только одним. Кроме того, идет массовая замена одних лекарств другими без согласия гражданина – это нарушает закон об информированном добровольном согласии и превращает выдачу медикаментов «в льготу на кабальных условиях (лечись тем, что купили, а не тем, что считаешь нужным)».
По словам президента «Лиги защитников пациентов», это особо цинично выглядит, когда человек много лет принимает с трудом подобранное лекарство: неожиданная замена препарата создает стресс и неоправданные риски. Саверский отметил, что пациенты привержены той терапии, которую они знают: даже смена бренда препарата при полной идентичности содержимого (дженерик) «может снизить эффект от лечения на десятки процентов или вызвать побочные эффекты уже только из-за исчезновения доверия (эффекта плацебо), не говоря о биохимических реакциях».
Организация попросила Генпрокуратуру провести совместно с Росздравнадзором комплексную оценку состояния лекобеспечения в стране и принять меры к устранению нарушений прав граждан на назначение лекарств (менять выдаваемые льготникам препараты только при наличии информированного добровольного согласия). Надзорное ведомство ответило, что уже направило обращение в Росздравнадзор, а его копии – в Минздрав России и прокуратуры Москвы и Подмосковья, и пообещало контролировать его рассмотрение.
Снова санкции
Во Всероссийском союзе пациентов (ВСП) «МВ» подтвердили, что проблема принудительной замены препаратов нарастает, причем для всех нозологий «из-за изменения ситуации на рынке лекарственных препаратов». По словам сопредседателя организации Юрия Жулёва, замена в рамках одного международного непатентованного наименования (МНН) зачастую связана со стоимостью лекарства — из признанных взаимозаменяемыми при госзакупках выбор автоматически будет сделан в пользу дешевого варианта.
Одновременно с этим никак не урегулирован переход пациента с одного МНН на другое (так называемые немедицинские переключения): нет четких критериев такого изменения терапии, не зафиксирована необходимость получать у пациента согласие на это. «Проблема не столько в импортозамещении и замене иностранных препаратов на российские, сколько в отсутствии коммуникации врача с пациентом и объяснений, в связи с чем это происходит. Кроме того, недоверие подогревается ситуациями, когда врачи не сообщают в Фармаконадзор о негативных явлениях у человека после смены терапии», – пояснил Жулёв.
По словам члена Совета общественных организаций по защите прав пациентов при Минздраве России Дмитрия Чистякова, Саверский формально прав: смена препарата должна проводиться только по согласованию с пациентом. По его словам, проблема поднимается уже несколько месяцев на заседаниях ВСП и Совета, но вызвана она «объективными обстоятельствами» — санкциями. «Часть фармкомпаний ушла из России, импортные лекарства стало сложнее завозить. Чтобы не прерывать терапию и не отказывать в лечении, назначается то, что есть прямо сейчас. Это вынужденно, но лучше дать пациенту хоть какой-то препарат, чем не дать ничего», — пояснил он «МВ».
Чистяков подтвердил наличие попыток заместить одно МНН другим, поскольку иногда нет выхода: если компания с оригинальным препаратом принимает решение перестать поставлять его в Россию, ее невозможно заставить. Производство биоаналогов оперативно организовать сложно: иногда не хватает производственных мощностей, есть юридические проблемы, связанные с патентным правом. В результате на некоторые конкурсы, объявляемые федеральным Минздравом, не приходят участники, дистрибьюторы просто не могу найти препарат, пояснил Чистяков. Он привел в пример ситуацию с лекарствами от гемофилии: если в начале 2022 года в России по одной из позиций МНН было 10—12 препаратов, сейчас — меньше пяти.
Страхи вместо фактов
Президент Московской диабетической ассоциации Эльвира Густова рассказала «МВ», что за последние годы из-за ухода из России ряда иностранных фармкомпаний некоторым пациентам пришлось перейти с одного препарата на другой, что вызвало панику. «В обществе у нас до сих пор считается, что импорт всегда лучше, к тому же родители детей-диабетиков первыми начинают волноваться и жаловаться. На самом деле одни пациенты всегда хвалят лекарство одной фирмы, а другие — другое», — пояснила она. При этом, по ее словам, в последнее время появилось значительно больше положительных отзывов, например, от тех, кто перешел на отечественный инсулин. Но проблема в том, что в регионах не хватает врачей-эндокринологов, которые должны уделять больше внимания такому переходу, особенно если у человека индивидуальная непереносимость (в таком случае он может получить конкретное лекарство по решению врачебной комиссии).
С тем, что часто причина недовольства пациентов в предубеждениях, соглашается Чистяков. Люди с хроническими заболеваниями иногда десятилетиями получают один препарат, а потому назначение любого другого вызывает тревогу. По его словам, для некоторых заболеваний разница между аналогами может быть более выраженной, но, например, по гемофилии паники при изменении лекарственной терапии на порядок больше, чем реальных побочных эффектов.
Густова также видит проблему в том, что в России не публикуется статистика осложнений по конкретным препаратам. Данных о том, скольким людям не подошел инсулин конкретной фирмы, нет. В итоге у пациентов есть страхи и предубеждения, что на них или их детях хотят экспериментировать.
В России сложился порядок обеспечения льготными лекарствами, и хотя кто-то может считать его несправедливым, это компромисс между желанием пациента и возможностью государства это оплачивать, говорит директор по развитию компании RNC Pharma Николай Беспалов. По его словам, ни одна система здравоохранения в мире не способна покупать пациенту лекарство по его заказу. «В США, вы можете даже видеть это по фильмам, людям в аптеке отпускают лекарства в стандартных желтых тубах. Пациент даже понятия не имеет, какой конкретно фирмы препарат он принимает, указаны только действующее вещество и дозировка», — отметил он.
«Если выдавать лекарства пациенту, какие он хочет, нужно либо кратно увеличивать бюджет здравоохранения, либо сократить когорту людей, претендующих на них. Ни тот ни другой вариант реализовать невозможно», — резюмировал эксперт.
Нет комментариев
Комментариев: 0