Юристы считают нереальным освобождение врачей от уголовного наказания из-за врачебных ошибок

Ряд известных медицинских юристов критически оценили шансы на реализацию инициативы освободить от уголовной ответственности врачей, добровольно сообщающих о своих ошибках и инцидентах. В действующих правовых конструкциях такие предложения практически невозможно реализовать, считают участники видеоконференции портала «Право-мед.ру», со стенограммой которой ознакомился «МВ».

«Введение норм, освобождающих от уголовной или административной ответственности, не может идти вразрез с действующим законодательством. Для этого нужны существенные изменения, а их не будет. И что делать потерпевшим? На мой взгляд, это нецелесообразное предложение, которое не отвечает ни духу закона, ни его логике, ни интересам всех заинтересованных сторон — медицинских организаций, пациентов, пострадавших лиц. Повышения культуры безопасности медицинской помощи здесь не будет», —заявил партнер экспертно-юридической группы «Медика пруф» Иван Печерей.

По его словам, недавно в Госдуме РФ обсуждался законопроект, где тоже предлагалось освободить от ответственности лиц, сообщающих о так называемых нежелательных явлениях при оказании медицинской помощи. Эксперты сошлись во мнении: чтобы ввести такую конструкцию, нужно тотально изменить законодательство, что, на их взгляд, в настоящее время невозможно. 

Опрошенные юристы отмечали, что ссылки на авиацию тоже неуместны, полного освобождения от ответственности за преступление там тоже нет. Тем более, что врач не оказывает медицинскую услугу в одиночку. Возникает вопрос: как быть с остальными участниками данной клинической ситуации и границами ответственности этих лиц.

«Когда ставится вопрос, что необходимо освобождать от ответственности, если человек признает вину, я так понимаю, в совершенном преступлении, тогда придется менять весь Уголовный кодекс. Ведь таких обстоятельств, исключающих преступность деяния, как добровольное сообщение о совершенном, просто нет. Я надеюсь, что у нас за преступления не будут освобождать от ответственности даже в случае признания вины», — считает доцент кафедры общественного здоровья и здравоохранения Новосибирского госмедуниверситета Игорь Васильев.

Сравнение с гражданской авиацией кажется странным, так как там работают другие принципы. Но если бы у каждого врача на спине был черный ящик, записывающий все, и камера GoPro, опечатанная надлежащим образом в Следственном комитете, тогда, может быть, можно было бы что-то говорить, полагает юрисконсульт Ассоциации организаторов здравоохранения в онкологии Дмитрий Гаганов.

«Что касается практических вещей: во-первых, у нас есть стадия анализа информации, полученной при проверке сообщения о преступлении — так называемая доследственная проверка. Если серьезно подходить к вопросу, то должны быть процессуальные нормы, ограничивающие явку с повинной от иных событий, релевантных уголовно-правовой ответственности», — подчеркнул он.

Однако, как считает эксперт, тема очень серьезная и ее надо поднимать. Только процедуры нужно детально продумывать, описывать и привязывать к существующим нормам уголовного и процессуального права. Также стоит вспомнить, что в советское время существовала модель комиссий — она частично сохранилась: КИЛИ (комиссия по изучению летальных исходов) или ПИЛИ (подкомиссия по изучению летальных исходов), совмещенная с лечебно-контрольными комиссиями. Нужна норма, которая при проверке сообщения о посягательстве на здоровье или жизнь человека учитывала бы материалы этих комиссий и лечебно-контрольных комиссий, а не только заявление пациента и последующие шаги.

По сути, врачу предлагается добровольно сообщать о том, что он сделал что-то не так, то есть невольно совершил ошибку, которая привела к каким-либо последствиям в виде вреда здоровью, или даже если существенного вреда не было. При этом ему гарантируется иммунитет от уголовного преследования. Однако сразу возникает выгода для медицинской организации, где работает врач: вину признал — гражданско-правовая ответственность ложится на врача, полагает председатель Ярославской областной общественной организации инвалидов —больных рассеянным склерозом «Гефест», врач-невролог, юрист Игорь Степанов.

«Но всегда ли врач единолично виноват в совершенной ошибке, особенно если он работает с превышением установленных норм нагрузки и за пределами допустимого рабочего времени? И будет ли страховка полностью покрывать присуждаемые суммы возмещения морального вреда? Если механизм «доноса на самого себя» не сработает, законодатели могут предусмотреть возможность сообщения коллег о врачебных ошибках своих сослуживцев — естественно, под гарантией той же защиты от уголовного преследования. И главное: будет ли это способствовать улучшению состояния здравоохранения в целом и ликвидации кадрового дефицита — этот вопрос открытый», — говорит он.

Освободить от уголовной ответственности врачей, добровольно сообщающих о своих ошибках и инцидентах, предложил директор Центра изучения проблем финансирования, организации и межтерриториальных отношений в здравоохранении Финансового университета при Правительстве РФ Андрей Рагозин на круглом столе 23 апреля в Госдуме РФ. Он указал, что несмотря на многолетние обсуждения необходимости внедрения в России системы страхования профессиональной ответственности медработников, она до сих пор не получила широкого распространения. Это связано с тремя препятствиями: отсутствием финансирования, карательным подходом к врачебным ошибкам, неопределенностью прав и границ ответственности.