В автономном плавании

31.01.2017
2663

С принятием в 2010 году Федерального закона № 83-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений», который давал государственным учреждениям здравоохранения право на автономию, многие эксперты связывали возможность появления в российском здравоохранении полноценной конкуренции и медучреждений, умеющих считать деньги и работать на пациента. К сожалению, этим надеждам не суждено было сбыться. И история с 62-й московской онкологической больницей - красноречивое тому подтверждение. 

ГАУ Ростовской области «Областной консультационно-диагностический центр» | Фото: Екатерина Погонцева

Никогда такого не было, и вот опять

Сразу после принятия этого документа Сергей Колесников, на тот момент депутат Госдумы РФ и член профильного думского комитета, подчеркивал, что закон призван создавать стимулы к улучшению качества и расширению ассортимента медицинских услуг, поскольку дает руководителям учреждений возможность свободно оперировать заработанными средствами. «Мы же все недовольны тем, что творится в медицине, значит, надо пробовать», -  говорил депутат.

Схожую мысль высказывал и Максим Стародубцев (на тот момент президент Ассоциации региональных медицинских страховщиков «Территория»): «Надеюсь, что государство хочет как лучше. Поэтому согласен с мнением, что закон появился с целью обеспечения имущественной самостоятельности государственных и муниципальных учреждений. Самостоятельность действительно нужна».

Но именно самостоятельности-то автономные учреждения, похоже, и не получили.

«Автономные учреждения отличаются большей свободой действий, большими возможностями для руководителя проявлять инициативу. Собственно этот статус и подталкивал руководителей к инициативе, к большей самостоятельности, - объясняет директор Института экономики здравоохранения НИУ ВШЭ Лариса Попович. – Эта форма должна была работать на пациентоориентированность государственных клиник – за счет обучения рыночным отношениям повышать ее, приближать уровень оказания помощи в государственных ЛПУ по качеству и разнообразию сервиса к таковому у частных медучреждений. То есть сделать госклиники способными по-настоящему конкурировать с частными. Увы, ожидания не оправдались».

Произошло это, по мнению Ларисы Попович, потому, что хоть формально автономные учреждения в здравоохранении и появлялись, особой свободы им учредитель, как правило региональный Минздрав, не давал.  

Собственник по своему усмотрению вполне может изменить статус учреждения, сделав его снова бюджетным

«Важнейшие функции — закупки по ФЗ-223 («О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц»), свободное распоряжение частью заработанных средств без согласования, размещение средств в коммерческих банках и распоряжение имуществом, приобретенным вне рамок государственного задания – минздравы замкнули на себе. По сути, нивелировав те преимущества, которые давал новый статус учреждения, - развивает эксперт свою мысль. – Собственно, это хорошо видно на примере МГОБ №62 в Москве: больница реализовывала преимущества статуса до поры до времени, но сейчас в тенденции ужесточения контроля за закупками, их централизации эти преимущества нивелируются. Собственник по своему усмотрению вполне может изменить статус учреждения, сделав его снова бюджетным. На практике все зависит от учредителя».

Конечно, автономные медучреждения в регионах есть, но все они, как подчеркивает Лариса Попович, находятся под жестким контролем местных минздравов. «Даже если учредителем выступает, например, краевая или областная администрация, профильные ведомства на местах жестко контролируют деятельность автономных медорганизаций», - уверена она.

Не оправдались и надежды, а в некоторых случаях и опасения, что в автономию пойдут все валом. Найти достоверную информацию в открытых источниках о том, сколько сегодня в нашей стране учреждений со статусом «государственное автономное учреждение здравоохранения (ГАУЗ)», - дело непростое. Инструмент, который, казалось бы, мог помочь в этом деле – Реестр медицинских организаций РФ на сайте Минздрава России — предназначен явно не для простых смертных. Даже если перевести таблицу в удобоваримый формат, понять статус учреждений весьма проблематично. По одному и тому же ЛПУ имеется несколько записей и зачастую они называются по-разному. Всего таких записей чуть больше 57 тысяч, что явно не соответствует числу медорганизаций в стране.

Лариса Попович считает, что из более 26 тысяч реально работающих медорганизаций в стране статус автономных имею порядка 1300, то есть каждая 20. Возможно для государственной системы здравоохранения это и немало. Тем более что в регионах представители некоторых ГАУЗ рассказывают, что чувствуют себя превосходно и работают на благо пациента. 

Без страха и упреков

«Мы не сомневались в целесообразности таких перемен, поскольку время требует новых, более эффективных подходов в осуществлении нашей главной миссии - оказании широкого спектра диагностических и лечебных медицинских услуг самого высокого качества на уровне последних достижений науки и практической медицины, - говорит главный врач ГАУ Ростовской области «Областной консультационно-диагностический центр» Дмитрий Бурцев (с 1 января 2014 года ОКДЦ первым в регионе среди государственных медицинских учреждений приобрел тип автономного). - Наш опыт доказал, что автономное учреждение - наиболее экономически мобильный тип госучреждения. Этот статус позволяет расширить наши возможности и более эффективно использовать ресурсы, поскольку  доходы поступают в самостоятельное распоряжение и использование. Это дает возможность регулярно обновлять парк оборудования и стимулировать сотрудников».

ГАУ Ростовской области «Областной консультационно-диагностический центр» | Фото: Екатерина Погонцева

В центре поэтапно реализуется программа переоснащения. Уже приобретены новый сверхмощный спиральный компьютерный томограф последнего поколения, маммограф с превосходным качеством изображения и с  уникальной технологией спектральной визуализации, не требующей введения контрастного вещества, самые современные эндоскопы, наркозное и гинекологическое оборудование последнего поколения.

«В отличие от бюджетных учреждений мы разрабатываем более эффективные процедуры закупок, отвечающие специфике нашей деятельности, - подчеркивает Дмитрий Бурцев. - Все закупки проводятся на электронной торговой площадке, это значительно сокращает документооборот и время на проведение торговых операций. Отчеты о финансовой и медицинской деятельности размещаются на сайте ОКДЦ и других специализированных электронных площадках».

Практика оказания бесплатной медицинской помощи в системе ОМС и правила направления пациентов в ОКДЦ остаются прежними

На вопрос об опасениях, которые были у жителей города, относительно того, что после смены формы, услуги медицинского центра станут недоступны большинству пациентов, главный врач уверенно отвечает: «Вся практика оказания бесплатной медицинской помощи в системе ОМС и правила направления пациентов в наше учреждение остаются прежними. Изменение статуса не сказалось на доступности медуслуг в рамках ОМС. Если в 2014 году число посещений больных на поликлиническом приеме было 110 027 человек, то в 2016 году – 111 205. В целом количество пациентов, обратившихся к нам за медицинской помощью по полису ОМС, выросло куда более заметно. В 2014 году - 87 709, а в 2016-м – 157 406 человек. Бригады наших врачей постоянно выезжают в отдаленные районы области и ведут прием больных на базе местных ЦРБ, при необходимости выдают им направление на углубленное обследование и лечение по полису ОМС в ОКДЦ. Ведущие специалисты центра ежемесячно проводят Дни открытых дверей, в рамках которых, организуется дополнительный прием пациентов  в системе ОМС, помимо квотирования».

По словам Дмитрия Бурцева, инициатива изменения статуса исходила именно от центра. «В соответствии с законом №223-ФЗ мы получили более широкие полномочия в осуществлении своей деятельности,  прекрасно понимая, что это повлечет и особую ответственность коллектива,  и более строгий контроль  со стороны правительства Ростовской области, Министерства здравоохранения и общественных организаций региона, и каждое важное решение будет  приниматься  коллегиально органами управления в рамках своих полномочий. В случае ОКДЦ – это учредитель, функции и полномочия которого осуществляет Минздрав Ростовской области и наблюдательный совет, который рассматривает предложения учредителя и руководителя по наиболее актуальным  вопросам управления учреждением». 

Он убежден, что в вопросе изменения статуса все зависит только от инициативы самих коллективов и желания их руководителей что-то менять в статусе ЛПУ. «Если есть ресурсы, подготовленные кадры, менеджмент качества и желание что-то поменять, можно смело  переходить «на автономию», - уверен Дмитрий Бурцев

Автономное ГЧП

Судя по всему, неплохо чувствуют себя автономные учреждения и на северо-западе. Один из самых распространенных типов таких медучреждений – стоматологические поликлиники. Они давно работают в особых условиях, поскольку зубоврачебной практике вписаться в ОМС сложно, а государственным поликлиникам этого профиля приходится конкурировать с бесчисленными частными кабинетами стоматологов.

У стоматологической поликлиники в Боровичах Новгородской области (АНО «Стоматологическая поликлиника г. Боровичи») тарифы ниже, чем в Новгороде, не говоря уже о Петербурге и Москве. Здесь совмещаются два потока: коммерческий и в рамках ОМС. Из 38,7 тыс. пациентов за 2016 год 24,4 тыс., то есть почти две трети, обратились бесплатно, с полисами ОМС. Основные средства поступают, разумеется, не из системы обязательного страхования. По словам главного врача клиники Людмилы Ивановой, учреждению удается вкладывать средства в развитие и приобретать необходимое оборудование. Одним из последних приобретений стала установка для детской стоматологии стоимостью 800 тыс. рублей. При этом вся техника остается в собственности поликлиники, поскольку она работает как автономная организация, а не учреждение, и может распоряжаться имуществом более свободно. К тому же главврач отчитывается не перед областными структурами, а перед учредителем – районной администрацией. За счет бюджетных средств поликлиника может распоряжаться лишь средствами на лекарственные препараты, но этих денег не хватает, их приходится дополнять заработанными на платных услугах. «Статус автономной организации дает нам  возможность жить. Мы полноправные хозяева своей поликлиники и заработанных средств, – говорит Людмила Иванова, – а в бюджетных организациях все собирается в ЦРБ и обратно возвращается лишь часть».

Автономным учреждениям периодически приходится выдерживать натиск руководителей местных минздравов, желающих встроить больницу в общий ряд

В Калининградской области всего три автономных учреждения, из них только одно за пределами областного центра – Гурьевская ЦРБ. У больницы нет кредиторской задолженности. Здесь пристойная зарплата и премии, постоянно обновляются медицинская техника и оборудование, в том числе на основе лизинга. Благодаря работе по 223-ФЗ, а не по закону «О контрактной системе в сфере закупок» №44-ФЗ, закупки ЦРБ проводит самостоятельно.

Но ставку больница делает на закупки не техники, а услуг, чтобы не содержать лишние службы. Например, вместо четырех лабораторий осталась одна, а часть анализов выполняется сторонними организациями: так в условиях Гурьевского района выходит дешевле.

Когда в медицинском сообществе говорят об аутсорсинге, обычно имеют в виду крупные города. Но в Гурьевске уже пятый год так работает вся скорая помощь района. Вся в буквальном смысле – на внешнее обслуживание передан не только транспорт, но медицинская услуга полностью. Больница пошла на такой шаг первой в России. Пять лет назад учреждение тратило на работу «скорой» 23 млн рублей в год, но наладить дело обычным порядком не удавалось: вместо семи бригад было всего две, и те выезжали на вызовы на УАЗах. Три частные местные компании обеспечили работу семи бригад на «мерседесах» и «фольксвагенах», а расходы сократились на 3 млн рублей.

Питание пациентов тоже давно на аутсорсинге. Он снимает для ЦРБ и риски, связанные со срывом аукционов.

Благодаря нынешнему статусу больнице оказалось проще наладить государственно-частное взаимодействие: она заключила договоры со строительными компаниями о возведении на селе офисов врачей общей практики – ВОПов, помещения для которых учреждение получает в долгосрочную аренду. В Калининградской области в сравнении с другими регионами ситуация с кадрами менее драматична, поэтому ставка была сделана именно на такие офисы, а не на ФАПы. Строители, у которых в условиях кризиса сократились объемы заказов, пошли на сотрудничество. Население получает помощь бесплатно, в рамках ОМС. К строительству ВОПов за год было привлечено 68 млн рублей. Земельные участки под офисы получают целевое медицинское назначение, поменять его застройщик не может. Такого опыта в России тоже, судя по всему, больше нет.

Однако и здесь автономным учреждениям периодически приходится выдерживать натиск руководителей местных минздравов, желающих встроить больницу в общий ряд и заставить брать под козырек, работать по ничем не обеспеченным директивам, а не по закону. 

Бывшая хозрасчетная

«Автономки», как их называют сами врачи, иногда оказываются и наследием советской эпохи. Тогда, кроме обычных поликлиник, существовали и хозрасчетные. Одна из двух таких петербургских поликлиник, №83, работает еще с 1930 года. Советская власть кончилась, и она оказалась в правовом вакууме: вроде бы государственная, а хозрасчет никуда не делся. Статус автономного учреждения, полученный в 2012 году, оказался как нельзя кстати.

Посетителя прямо при входе встречает стенд с надписью «Прейскурант». Он есть и на сайте. Полистав убеждаешься, что расписана стоимость каждой процедуры, а не только первичного и повторного приемов. Цены с прошлого года не поднялись, единственное исключение – услуги лаборатории: она работает с импортными реактивами.

Но еще недавно поликлиника рассчитывала не столько на тех, кто готов расплатиться наличными, сколько на пациентов с полисами ДМС – таких было 85%. В системе ОМС учреждение тоже работает, но по минимуму, потому что львиную долю «прикрепленных» больных получают бюджетные поликлиники. В рейтинге медицинских организаций города 83-я на хорошем счету, и с ней работают 10 страховых компаний. Именно страховые фирмы – а они и приводят в поликлинику пациентов – просили медиков не повышать расценки.

В 2016 году из-за кризиса поток больных сократился на 5%, и пропорция стала другой: «с улицы» приходит 35% пациентов. Предприятия экономят на ДМС, хотя иногда готовы договариваться с поликлиниками напрямую. В этом году ждать чудес от страховщиков не приходится.

«Это тенденция, – считает главный врач 83-й Маргарита Сафронова. – Недавно был сбор частных поликлиник, экономист из Смольного сказала: в казне денег нет. Больные из городских поликлиник пойдут к нам: у нас условия лучше, скорость обследования выше, очередей нет и качество высокое. В государственных ЛПУ к узким специалистам не попасть, пациентам объясняют: за деньги можно пройти, а без денег нельзя. У нас в последние месяцы увеличилось количество платных больных, то есть люди приходят с улицы».

Рентгенкабинет в городской поликлинике №83 Санкт-Петербурга | Фото: Василий Когаловский

Благо, работает учреждение и в выходные, расположено в самом центре Северной столицы и оснащено оборудованием, которое не всегда увидишь в обычных поликлиниках. В последние годы 83-я ежегодно закупает оборудования и медтехники на 26–32 млн рублей, хотя десять лет назад этот показатель составлял 4–5 млн. Причем выбирает то, что качественнее, и то, что действительно будет использоваться, а не простаивать. Даже бинты удается приобрести по цене в 2-2,5 раза дешевле, чем если бы это делалось через Комитет по госзаказу. Прежде поликлинике приходилось выходить на аукционы на общих основаниях, и бинт порой оказывался… дырявым.

«Стоматологи просят поменять две установки. Иду к главному бухгалтеру – она смотрит на финансы и отвечает: во 2-м квартале, – говорит главный врач. – И мы планируем на 2-й квартал. При проверке нам сделали замечание: не было холодильника с прозрачными стеклами, чтобы лишний раз его не открывать, не менять температурный режим. Мы моментально купили, потому что деньги на счету есть. А попробуйте-ка в другой поликлинике – это же бухгалтерия! Нужны лекарства – тут же покупаем, нужна аппаратура – покупаем. Трубы прорвались – ремонтируем. Меня не могут привлечь к ответственности за нецелевое использование средств. А в бюджетной поликлинике прорвало трубы, главврач взял деньги, предназначенные на лекарства, – и его привлекают к ответственности. Как вести такое хозяйство и не иметь права распоряжаться деньгами?»
Кстати, ни разу за все эти годы учреждение не обращалось в ремонтно-строительные фирмы, хватает своего небольшого подразделения рабочих. Так же как и своих айтишников, обслуживающих серверы и компьютеры. 

А проверок столько же, сколько везде. «Не понимаем, почему в Комитете по здравоохранению нас до сих пор не считают школой передового опыта, – иронизирует Маргарита Сафронова. – У нас была плановая проверка Комитета финансов, пришла девушка на две недели. Проверяет, потом требует еще документы – пожалуйста, даем. Она два месяца сидела в нашей поликлинике. И в результате сделала вывод: более прозрачного финансирования и начисления заработной платы, чем в нашей поликлинике, в Петербурге нет. Никто в Комитете по здравоохранению не сказал нам спасибо. То есть автономию там воспринимают как что-то ненужное».

Возможно, длительная проверка была вызвана подозрениями из-за слишком высоких, по мнению некоторых управленцев, зарплат в автономных учреждениях. В 83-й поликлинике средняя заработная плата врачей составляет 87 тыс. рублей, среднего медперсонала – 57–60 тыс., остальных сотрудников – около 58 тыс. Это едва ли не самый высокий уровень зарплат в городе. Но высок и уровень врачей, среди которых есть профессора и преподаватели Северо-Западного медуниверситета. «Раскруткой» на дополнительные процедуры поликлиника не занимается, иначе пациенты не придут снова, а в рейтингах страховщиков, которые периодически проверяют учреждения, съехать вниз можно было бы запросто. 

Взяли под козырек

В Свердловской области опять-таки большая часть ГАУЗ специализируется на услугах стоматологов. 25 стоматологических поликлиник в Екатеринбурге и городах области стали автономными учреждениями в 2013-2014 гг. Однако главный внештатный специалист-стоматолог регионального Минздрава и главный врач ГАУЗ «Свердловская областная стоматологическая поликлиника» Марина Харитонова, уверяет, что это была инициатива сверху. «По части реорганизаций Свердловская область всегда опережала другие регионы УрФО, – говорит она. – Смена организационно-правовой формы с ГУП на ГАУЗ была экспериментом по внедрению автономных учреждений. Начали со стоматологий, но в дальнейшем список ГАУЗ изменился незначительно».

Сегодня в этом списке, помимо стоматологических поликлиник, три санатория, две районные больницы – в Реже и Сухом Логу, областной наркологический диспансер и реабилитационный центр «Урал без наркотиков». Участники рынка полагают, впрочем, что перевод унитарных предприятий в автономные, организованный региональным Министерством по управлению государственным имуществом (МУГИСО), не добавил медицинским учреждениям экономической эффективности. По мнению главного нарколога Свердловской области Олега Забродина, единственное преимущество, которое дает наркологическому диспансеру статус автономного учреждения – это большая свобода в закупках благодаря 223 ФЗ, который с 1 января 2017 года не распространяется на ГУПы и МУПы.

«У автономных учреждений есть некая свобода при выборе контрагентов на поставку товаров и услуг, – рассуждает Олег Забродин. – Бюджетные учреждения сегодня могут закупать продукцию только на открытых конкурсах. Однако действия руководителя ГАУЗ, в том числе в сфере закупок, контролирует наблюдательный совет из представителей разных ведомств и общественных организаций. Это значит, что решение руководитель принимает не единолично. Такая процедура  призвана дисциплинировать директора ГАУЗ».

Но опять-таки состав наблюдательного совета ГАУЗ утверждает региональное правительство. И главврачи автономных учреждений говорят, что необходимость согласовывать свои действия с наблюдателями делает управление излишне забюрократизированным. «Свой финансово-хозяйственный план я согласовываю с членами совета и утверждаю в Минздраве, – говорит Мария Харитонова. – Если затем понадобится внести в него коррективы, мне придется снова просить разрешения у совета, составлять протокол и отправлять в Минздрав, чтобы там дали добро».

У семи нянек

«Палкой в колесе» засел наблюдательный совет и для еще одного ГАУЗ – «Краевая больница восстановительного лечения» в Приморском крае. «Наблюдательный совет всегда лучше меня знает, что нужно ЛПУ, а что нет, - сетует главврач учреждения Евгений Фрединский. - Мне, главврачу автономного учреждения, приходится постоянно лично ездить к ним и согласовывать каждый шаг, покупку любой мелочи. Я отвечаю за лечение, за финансы, за порядок, а они мне отказываются подписывать бумаги на ремонт отделения. Недавний показательный пример: я решил построить дом для своих сотрудников в Евгеньевском. Губернатор сказал «да», вице-губернатор сказал «да», директор Департамента здравоохранения сказал «да», а заместитель Комитета по имуществу тянет эту волокиту уже год, отказываясь подписывать необходимые документы».

При этом у руководства клиники полное взаимопонимание с Департаментом здравоохранения и Департаментом финансов. «Мы работаем в тесной связке, без проблем и конфликтов», - подчеркивает главврач. Если учесть, что учредителем (собственником имущества) ГАУЗ «Краевая больница восстановительного лечения» является Приморский край, это как раз неудивительно.

Но, по словам Евгения Фрединского, статус автономии не оправдал ожиданий руководства и коллектива, и для самого медучреждения не изменилось ровным счетом ничего. «Присвоение нам 23 декабря 2011 года статуса ГАУЗ было исключительно волюнтаристским решением тогдашнего губернатора Приморья Сергея Дарькина, - акцентирует он. – И каких-либо надежд наше автономное плавание не оправдало. Я хочу сказать, что для меня как руководителя ничего не поменялось. Порядок расходования бюджетных и внебюджетных средств остался прежним. И никаких ожидаемых преимуществ автономии, никакой предполагаемой самостоятельности я не увидел и не получил».

Всего в Приморском крае работают 7 ГАУЗ, подведомственных Департаменту здравоохранения региона. Помимо Краевой больницы восстановительного лечения это Краевой клинический кожно-венерологический диспансер, Краевой клинический центр специализированных видов медицинской помощи, Приморский краевой медицинский информационно-аналитический центр, Краевая стоматологическая поликлиника, Владивостокская клиническая больница №2 и Партизанская стоматологическая поликлиника. 

Без ложки дегтя

Именно сложности с формированием наблюдательного совета и созывом заседаний приводит в качестве одной из проблем организационного характера при работе автономных учреждений заместитель министра по экономике Минздрава Пермского края Марина Наам.

Из 158 учреждений здравоохранения, подведомственных региональному Минздраву, 18 имеют статус автономного. 7 из них - это районные стоматологические поликлиники, 6 городских клинических больниц, 2 центральные районные поликлиники, городская детская поликлиника, краевой кожно-венерологический диспансер и клиническое патологоанатомическое бюро.

В Минздраве Пермского края видят, как минимум, три преимущества данного статуса. «Во-первых, это возможность для учреждения руководствоваться в работе ФЗ-223, что  позволяет оптимизировать сроки проведения закупочных процедур, более оперативно вносить изменения в план-график закупок в случае экстренной ситуации, а также  варьировать сроки проведения процедур – например, с целью устранения аварийной ситуации. Во-вторых— возможность заимствования и привлечения внебюджетных источников финансирования. А, в-третьих, статус дает возможность увеличить подконтрольность средств в связи с появлением дополнительного органа управления – наблюдательного совета, включающего членов трудового коллектива, учредителей и общественности, в ведении которого находится обязательное согласование ПФХД и финансовых отчетов», - перечисляет  Марина Наам.

Основным риском, присущим «автономникам», в краевом Минздраве называют  отсутствие субсидиарной ответственности учредителя по обязательствам автономного учреждения. «В целом, по мнению большинства руководителей автономных учреждений здравоохранения Пермского края, ожидания от перехода в статус «автономного» оправдались, каких-либо серьезных недостатков не отмечено», - резюмировала Марина Наам. 

Плюс на минус

Так чего же больше от автономии: пользы или «технических» трудностей? И кому она нужна? Председатель правления общественной организации «Здравоохранение» Максим Стародубцев, подтверждает, что часть привилегий, в том числе свободу в оплате труда у автономных учреждений, забрали, распространив на них отраслевые ограничения по порядку оплаты труда. «При этом ГАУЗ более свободны в закупках и могут включать в устав дополнительные виды деятельности, чем и пользуются», – соглашается он.

А Лариса Попович, рассматривая проблему чуть более системно, убеждена, что государство как главный собственник медучреждений само же и ставит барьеры на пути либерализации отношений между клиникой, врачом и пациентом. «Система ОМС и вся система здравоохранения требуют кардинального реформирования – переориентации на нужды пациента, - горит она. - И как раз автономные учреждения могли бы стать своеобразным мостиком на пути к пациентоориентированному здравоохранению. Принципы существования и хозяйственной деятельности таких организаций неизбежно приводят их к заботе о пациенте не по формальным признакам. Формат автономии призван был научить медучреждения быть рыночными компаниями, по сути, бизнес-единицами. Таким учреждениям и никакие СМО были бы не нужны, они прекрасно бы взаимодействовали с пациентом напрямую».

Но региональные чиновники не склонны давать вольную даже тем, кто ее хочет и просит. «У нас действительно чрезмерная, почти патологическая боязнь рыночных отношений, - сетует эксперт. - Государства в системе здравоохранения избыточно много. И понятно, что привычка нашего чиновничества к огосударствлению всего и вся не позволяет реализовать потенциал такого формата, как автономное госучреждение в полной мере. Это был бы серьезный шаг вперед, но мы боимся его сделать».

В итоге, на практике получается, что отдельные удобства в организации бизнес-процессов ГАУЗ уравновешиваются таким же количеством неудобств, и смена организационно-правовой формы остается самодостаточной юридической процедурой.

Мнение

Заместитель генерального директора ГАУ «Фарммедтехснаб» Министерства здравоохранения Чеченской Республики Магомед Идрисов:

ГАУ «Фарммедтехснаб» МЗ ЧР создано в соответствии с распоряжением  Правительства ЧР от 22.05.2014 г. №139-р путем изменения типа с государственного бюджетного учреждения. Является некоммерческой организацией, созданной для обеспечения полномочий Чеченской Республики в сфере охраны здоровья граждан. ГАУ «Фарммедтехснаб» осуществляет только закупки лекарственных препараторов для обеспечения льготных категорий граждан.

Инициировал изменение статуса учредитель в целях повышения эффективности учреждения. Новый статус разрешил устанавливать штатное расписание самостоятельно, в рамках кадровой политики учреждения, что позволило повысить заработную плату сотрудникам.

Основные преимущества 223-ФЗ по сравнению с 44-ФЗ:

- список товаров, услуг, работ, которые можно закупать у единственного поставщика, заказчик формирует самостоятельно; в него можно включить, например, срочные непредвиденные закупки (в соответствии с 44-ФЗ закупки до 100 000 руб. не должны превышать 5% от годового объема закупок);

- заказчик вправе разработать свои способы закупок с уникальным порядком проведения - например, вместо конкурса с длительным периодом приема заявок проводить запрос предложений с коротким периодом приема заявок; любой способ закупки можно проводить в электронной форме;

- удобное планирование закупок: план закупок составляется сроком на 1 год (по общему правилу), но может быть изменен в любой момент и по любой причине; отсутствует обязанность обосновывать начальную (максимальную) цену договора;

- можно вносить изменения в проект договора уже после выбора победителя и в уже заключенный договор: продлить сроки, увеличить объем, изменить порядок оплаты.

Использование 223-ФЗ в работе обеспечивает большую гибкость при проведении закупок. Можно закупать лекарственные средства по их торговому наименованию, а не по МНН. Это позволяет снизить риск поставки некачественных лекарственных средств и получить именно тот товар, который устраивает заказчика и конечного потребителя.

Один из главных недостатков автономного статуса - риск возможности сокращения государственного задания, что может привести к снижению эффективности учреждения или даже к ликвидации. Федеральный закон об автономных учреждениях требует усовершенствования и корректировки, в частности, желательно заменить наблюдательный совет попечительским, в состав которого входили бы бизнесмены и меценаты.

Нет комментариев

Вы не можете оставлять комментарии
Пожалуйста, авторизуйтесь

Партнеры

Яндекс.Метрика