«На коррупцию это не повлияет»: эксперты о борьбе за качество научных конференций

В Госдуме РФ предложили навести порядок в «медицинских конгрессах» и псевдосъездах. Законопроект предлагает согласовывать такие мероприятия с Росздравнадзором, а также запретить оплату отдыха и развлечений для участников.

Артемий Охотин, врач–кардиолог, терапевт Тарусской ЦРБ, исследователь общественного здоровья Института междисциплинарных медицинских исследований ЕУСПб:

— Проблема конфликта интересов в российской медицине, конечно, существует: почти на любой конференции известные врачи выступают с ангажированными докладами. Следы взаимодействия с индустрией заметны во многих клинических рекомендациях и других нормативных документах. При этом, в силу особенностей финансирования медицины и медицинской науки, такие конференции в принципе не обходятся без спонсоров.

Все это — симптом внутренних и глубоких проблем российской медицины, от борьбы с этим симптомом лучше не станет. Ограничение взаимодействия с фармкомпаниями, как и необходимость согласовывать конференции, ударит по образовательным мероприятиям, а на коррупцию никак не повлияет: фарма просто выделит дополнительный бюджет, а где, как и с кем согласовываются подобные вещи, они прекрасно знают. Как знают это, вероятно, и авторы подобных законопроектов.

Универсальных решений тут нет, но общепринятое — прозрачность. Плох не конфликт интересов, а его сокрытие. Если врач получает деньги от индустрии, он должен заявить об этом, когда говорит о соответствующих продуктах. Еще более радикальное решение — обязательная публикация производителем выплат врачам в открытом доступе. Тут тоже, конечно, можно дойти до абсурда: на конференции в США я видел объявление, что бесплатный кофе американским врачам предлагается при условии, что информация о его употреблении будет задекларирована и опубликована в соответствии с законом. Это не решает полностью этическую проблему, но этические проблемы вообще не решаются административными средствами. В конечном счете все упирается в этические стандарты профессии и личные качества врача.

При всей схожести с другими странами в России есть свои особенности. Опыт полунищего существования и невозможность заработать профессией сделали сотрудничество с фармой для известных врачей способом выживания. К тому же по сравнению с другими странами для нас сам опыт финансового взаимодействия с индустрией относительно нов. Поэтому этические нормы тут пока не сформировались, сама проблема для многих врачей не очевидна.

Владислав Ледовский, основатель проекта «Ординатура.org»:

— Этот законопроект дословно дублирует нормы, которые уже есть в нашем законодательстве. Например, врачам и так нельзя получать подарки от фармкомпаний. Но в реальности это не особо работает. Будет ли это работать, если принять законопроект? Нет. Такой закон будет в лучшем случае носить формальный характер, а в худшем — помешает проведению адекватных мероприятий из-за лишней бюрократизации согласования.

Ольга Бадсон-Черняк, юрист, основатель общественного движения «Рак излечим»:

— По моему мнению, о подарках уже все написано в Уголовном кодексе РФ, в части взяток и иных материальных поощрений врачей. Излишняя зарегулированность в данном вопросе не нужна.

Что касается организации конференций, считаю, что должен быть единый календарь мероприятий. Если в конференции имеются баллы НМО, то мероприятия, как я понимаю, и так согласуются с Минздравом РФ. Поэтому, если регулятор согласовал мероприятие, то оно должно быть видно в едином календаре, скажем, на отдельной странице на сайте ведомства. Так врачебному сообществу будет легче ориентироваться.

Еще один момент, на который стоит обратить внимание: если конференцию устраивает федеральный медцентр, то в целях сохранения конкуренции и баланса интересов всех на ней должны представлять доклады врачи из разных НМИЦ. Такая практика имеется в RUSSCO, Ассоциации онкологов России и Ассоциации директоров центров и институтов онкологии и рентгенорадиологии стран СНГ и Евразии.

Карина Бруева, врач-косметолог, дерматовенеролог, пластический хирург, главный врач клиники Lapeau:

— Подарки врачам давно запрещены законом «Об основах охраны здоровья граждан». Есть отдельная статья, запрещающая фармкомпаниям делать подарки или предоставлять образцы препаратов для назначения или раздачи пациентам. Все это справедливо и для косметологии.

Согласование конгрессов, семинаров, конференций и форумов с Росздравнадзором несет риски для образования. Было бы полезно собрать на одном сайте крупные мероприятия уровня ежегодного конгресса пластической хирургии и косметологии. Но я скорее против столь жестких ограничений в отношении небольших семинаров конференций. Такие мероприятия, в том числе авторские, организованные врачами, — ценная возможность для обучения и обмена информацией.

Никита Бурлов, врач-хирург Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова, биостатистик:

— Законопроект вызывает смешанные эмоции. В пояснительной записке указано, что данная сфера очень плохо регламентирована, приведены примеры избегания ответственности. В целом идея неплохая. Но, помимо утверждения терминологии, есть предложение добавить ограничения, налагаемые при проведении медицинского или фармацевтического научного мероприятия. Можно понять предложения, содержащиеся в пунктах со второго по пятый [в них содержатся запреты на соглашения о назначении или рекомендации пациентам лекарственных препаратов; предоставление врачам образцов для вручения пациентам; предоставление недостоверной и (или) неполной информации о лекарственных препаратах; побуждение использовать бланки назначений с информацией рекламного характера].

Но п.1 вызывает много вопросов. Что понимается под подарками? Ручка в пакете участника — это подарок? А грамота за лучшую научную работу?

Запрет денежных вознаграждений означает, что все должны работать на голом альтруизме? Например, если спикер излагает общую тему, где обсуждает актуальные статьи, то он не имеет права за эту работу получить деньги? Или представитель из смежной области с медициной (методолог, статистик, дизайнер и т.д.) обсуждает преимущества и недостатки одного исследования в сравнении с другими — эта работа тоже не должна оплачиваться?

Наконец, если вводится запрет на оплату развлечений, отдыха, проезда к месту отдыха, то номер в гостинице, куда после конференции идет спать спикер, считается отдыхом или развлечением? А фуршет или интеллектуальная игра по теме мероприятия? И кто, как, когда, в какой форме будет следить за исполнением?

Мотивы появления законопроекта понять можно, но со стороны выглядит так, словно он заденет больше необходимых мероприятий, чем тех, с кем пытаются бороться. Организаторам, как и прежде, не завидую. Возможно, сначала стоило уточнить мнение профессионального медицинского сообщества (активного на конференциях) или даже общественное обсуждение поднять? Или написать более подробные разъяснения? Хотелось бы со временем узнать ответы на свои вопросы.

Димитрий Лесков, врач-кардиолог медгруппы «Фэнтези»:

— Мне кажется, в этой инициативе смешали две разные проблемы. Действительно, врач должен быть беспристрастен, конфликт интересов нужно честно обозначать, а медицинская конференция не должна превращаться в рекламный банкет с купонами на скидки. Сама идея бороться с недобросовестным продвижением правильная.

Но коммуникация врача с фармкомпанией сама по себе — не зло. Часто на организуемых бизнесом конференциях врачи узнают о новых исследованиях, препаратах и подходах к лечению. Со стороны государства таких регулярных и качественных образовательных мероприятий, к сожалению, не так много.

Проблема, на мой взгляд, не в коммуникации врачей и фармкомпаний, а в выходе на рынок препаратов со слабой доказательной базой. Иногда они еще и оказываются внутри клинических рекомендаций, зарегистрированных показаний и стандартов лечения, опираясь на которые, врач принимает решения.

Если регулятор хочет защищать пациентов, то логичнее в первую очередь ужесточить требования к качеству доказательств, прозрачности регистрации препаратов и содержанию клинрекомендаций. Поэтому запрет общения фармкомпаний и врачей для меня выглядит избыточным, особенно если при этом не решается главный вопрос: почему препараты без убедительной доказательной базы вообще оказываются в медицинской практике.

Алексей Парамонов, врач-гастроэнтеролог, управляющий партнер, основатель клиники «Рассвет», к.м.н.:

— Проблема псевдонауки действительно существует. Мероприятия, съезды и другие собрания мимикрируют под научные профессиональные встречи, но по факту они маркетинговые и предназначены для продаж, иногда — просто для дезинформации и рекламы методов лечения, которые, возможно, даже не одобрены на территории РФ.

Решение предлагается, мягко говоря, избыточное. Устанавливается фильтр на входе, и возникает вопрос: а судьи кто? Авторы предлагают согласование с главными внештатными специалистами Минздрава РФ. Но у министерства нет достаточной экспертизы по всем направлениям медицины. Кроме того, не все главные специалисты, к сожалению, находятся на острие науки. Их личные оценки не должны сдерживать проведение научных мероприятий. И в целом система бюрократическая и неповоротливая.

При этом контроль, несомненно, нужен, и мы не должны здесь изобретать ничего нового, когда такие практики существуют во многих странах. Достаточно их скопировать. В большинстве стран с сильной медицинской наукой проведение таких мероприятий носит уведомительный характер: либо Росздравнадзору сообщают, что будет такой конгресс, либо информацию вносят в общественный реестр.

А дальше происходит достаточно жесткий контроль постфактум: контроль расходов, аффилированности, подарков. Связь того или иного лектора с конкретной компанией должна раскрываться в конфликте интересов. И эта прозрачность работает достаточно жестко — и в плане репутации, и в плане финансовой отчетности.

Поэтому моя позиция такова: если Росздравнадзор будет согласовывать любое научное собрание, это станет еще одним шагом к снижению качества медицины, медицинской науки и свободы научного творчества. С чем я согласен, так это с тем, что контроль нужен. Но этот контроль должен проводиться постфактум, по обезличенным траекториям, не связанным с конкретным главным специалистом Минздрава РФ. Аудиторы должны проверять протоколы и то, насколько правильно выполнены требования закона. Обезличенно.