Дмитрий Огнерубов: чтобы довести свою задумку до клинической практики, нужны деньги, связи и акселерационные программы
![](/apps/mv/assets/cache/files/content/interviews/4/468/front-jpg/front-z-400.jpg?time=1682371782)
– Дмитрий, как вы – эндоваскулярный хирург стали разработчиком?
– О создании устройства компрессии лучевой артерии я стал задумываться в процессе работы над кандидатской диссертацией. Внутрисосудистые операции, такие как установка стентов для артерий сердца или других крупных артерий организма, обычно выполняются через лучевую артерию на руке. После хирургических вмешательств в ней остается отверстие размером около двух миллиметров, которое необходимо закрыть. Артерию пережимают обычной бинтовой повязкой с валиком, оставляют в таком состоянии на сутки. После снятия повязки кровоток может не восстановиться: из-за тромбоза артерия «закрывается» насовсем.
По разным данным, это происходит у каждого пятого-десятого пациента. Но людям бывает необходимо провести до шести подобных процедур в течение жизни. Мне захотелось решить эту проблему.
– Сколько времени и средств ушло с момента возникновения идеи до появления прототипа устройства?
– Около четырех лет. Сначала я экспериментировал с хирургическим шовным материалом. Потом пытался печатать на 3D-принтере. Подобрать нужный материал оказалось сложно. Затем идею следовало воплотить в проект, чертеж. Пришлось воспользоваться помощью брата – инженера. Был довольно большой период создания прототипов и шесть неудачных образцов.
На поиски финансирования ушло больше года. Я просто не знал о существовании Фонда содействия инновациям, рассказал друг. Так что научно-исследовательские и конструкторские работы проводились на средства гранта Фонда содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере (Фонд Бортника). Это была программа СТАРТ-1, а теперь мы хотим получить грант СТАРТ-2.
Мы стали резидентами технопарка «Медтех» Московского центра инновационных технологий в здравоохранении. Это дает нам право участвовать в программе Московского инновационного кластера, где максимальная сумма грантовой поддержки составляет 2 млн руб. Мы выиграли конкурс «Инноватор Москвы» и получили не только денежное вознаграждение, но и продуктовый ролик, который опубликован на сайте мэра.
Общий объем инвестиций в проект уже превышает 3 млн рублей.
– Что представляет собой NewMan?
– Устройство, которое получило название от NEW MANner of artery compression (в переводе с англ. новый способ компрессии артерии), выполнено в форме браслета из полипропилена с портами для нагнетания воздуха. Оно содержит дополнительную воздушную подушку, которая пережимает локтевую артерию, в отличие от бинтовой повязки, которая воздействует только на лучевую.
Представьте себе две трубки, по которым течет вода с одинаковыми силой и скоростью. Если одну из них перекрыть, то скорость и сила, с которой течет вода по другой, увеличатся. В ситуации с артериями это значит, что из-за пережатия лишь одной артерии она попросту может «закрыться». Браслет в пять раз уменьшает вероятность развития этого состояния, которое у врачей называется окклюзией лучевой артерии.
Обычная повязка обычно держится от 6 до 24 часов. В рамках диссертационного исследования я установил, что носить браслет достаточно 3, максимум 5 часов. Затем, после осмотра пациента, он снимается медсестрой или врачом. Браслет сделан с «липучкой», благодаря которой снятие происходит легко и безболезненно.
– Кто ваши конкуренты и чем вы отличаетесь от них?
– Мы проанализировали продукцию производителей из Японии и США, собрали отзывы врачей, что им не нравится в других устройствах, и довели свое изделие до некоего совершенства. Например, доработали механизм нагнетания воздуха, сделав его удобнее для врачей. У нас используется замок Люэра в шприце, то есть клапан воздуха – закручивающийся. У японцев это нажимной механизм, и при нагнетании воздуха он часто отходит, и тогда давление не создается. Если давление упадет, может возникнуть кровотечение.
У японцев врач каждый час должен навещать пациента и постепенно ослаблять давление в повязке. В нашем случае, поскольку скорость кровотока во второй артерии высокая, ослаблять давление нет необходимости, а снимать повязку может медсестра.
Американский аналог устроен принципиально иначе: это такой вкручивающийся винт, который механически надавливает на лучевую артерию. Это один из самых дешевых механизмов, но его нельзя носить больше трех часов, иначе возникают острые болевые ощущения.
Наши конкуренты выпускают браслеты разных размеров: на запястья диаметром 24 и 29 см. Мы решили пойти по пути использования «удлинителя».
Срок службы NewMan составляет два года, недавно мы прошли процедуру валидации стерилизации изделия этиленоксидом и подтвердили, что при соблюдении условий эксплуатации оно остается стерильным на протяжении всего этого срока.
Прямых аналогов нашему NewMan глобально нет, поэтому мы планируем выйти с ним на зарубежные рынки. Ну и помимо всего прочего, наше изделие примерно в 2,5 раза дешевле зарубежных. Стоимость, по предварительным оценкам, будет на уровне 1 тыс. руб.
– Можно ли использовать ваше устройство и лежащий в его основе принцип для решения других проблем в медицине?
– Это очень актуальный вопрос. У нас уже есть патент на устройство для дистального лучевого доступа (на кисти) со схожим принципом. Этот девайс, скорее всего, будет полезен для доступа на дорзальной (тыльной) артерии стопы, через которую выполняются вмешательства при ишемии на ногах (атеросклероз нижних конечностей). Сейчас работаем над тем, чтобы наш браслет мог использоваться в военно-полевых условиях.
– Какие ваши дальнейшие действия?
– Сейчас готовимся к государственной регистрации медицинского изделия в ЕАЭС (страна признания – Казахстан), что позволит нам поставлять его в страны союза. Параллельно занимаемся подготовкой документов для выхода на рынки Бразилии, Китая и Индии.
В ближайшее время в Москве начнутся пилотные исследования устройства компрессии лучевой артерии с участием 400 пациентов НИИ скорой помощи им. Н.В. Склифосовского, городских клинических больниц им. И.В. Давыдовского, им. С.С. Юдина и им. В.В. Вересаева.
Через год планируем запустить полный цикл производства своего устройства в Москве. Решили использовать для этого формат контрактного производства в особой экономической зоне «Технополис «Москва».
– Что бы вы порекомендовали коллегам-врачам, у которых пока есть только идея стартапа?
– Чтобы довести свою задумку до клинической практики, нужны деньги, связи и акселерационные программы, которые обучат вас, как продавать идею и в конечном счете товар. Я бы посоветовал пользоваться всеми возможностями, которые сегодня предоставляет правительство Москвы. Думаю, в других регионах тоже есть аналогичные программы.
Мы прошли четыре акселератора, это большая экономическая поддержка. На некоторых этапах не так важны деньги, важна экспертиза: как составить бизнес-план, позиционировать продукт, как продвигать его на рынок, как распределить обязанности и ответственность внутри команды и многое другое. И все это бесплатно, от практиков, ведущих экспертов рынка.
Мне кажется, если есть четкая связь между потребностью отрасли и вашим решением, то вам не придется преодолевать какие-то бюрократические барьеры. Вы получите «зеленый свет». По крайней мере, мы ощущаем поддержку от Департамента здравоохранения Москвы, и пока у нас все идет без промедления со стороны государства. Возможно потому, что наше изделие относится к первому классу безопасности. Возможно потому, что мы используем контрактное производство, а не создаем собственную площадку. Возможно потому, что я воспринимаю все формализованные процедуры так: надо — значит надо. Как бы то ни было, пока все складывается идеально со стороны регулятора.
Нет комментариев
Комментариев: 0