Алопеции: новые подходы

30.11.2018
1082

В конце октября этого года на XII Научно-практической конференции дерматологов и косметологов «Санкт-Петербургские дерматологические чтения» в рамках симпозиума «Новое в трихологии» ведущие эксперты обсуждали одно из самых перспективных сегодня направлений в области лечения волос – заместительную терапию протеогликанами. 

В последнее время все больше внимания специалисты, занимающиеся проблемами трихологии, уделяют патологиям жизненного цикла волосяных фолликулов. Изучаются вопросы контроля циклических процессов, причины сокращения срока жизни волосяного фолликула, условия, обеспечивающие его нормальное функционирование. В этой связи значительный практический интерес представляют исследования, касающиеся влияния различных лекарственных средств на процессы их роста и созревания.

Волосяной фолликул представляет собой уникальную структуру, которая производит волосы. Прочие придатки кожи и эпидермис отличаются от волосяных фолликулов, так как последние подвергаются многократному регрессу и имеют повторные циклы роста. Только он последовательно и многократно на протяжении своей жизни проходит все фазы цикла роста волоса, переходя из фазы активного роста (анаген) к фазе покоя (телоген) через несколько кратких стадий разрушения клеток ткани (катаген) и регенерации (неоген).1

В период анагена 85–90% волос активно растет. Продолжительность этой фазы – около 3 лет, с небольшими индивидуальными отличиями, зависящими от особенностей самого волосяного фолликула. Вторая фаза (катаген) – это переход от активного роста к отдыху, во время которого по мере завершения роста начинается атрофия волосяного сосочка, в результате чего клетки волосяной луковицы, лишенные питания, перестают делиться и подвергаются ороговению. Эта стадия длится несколько недель, после чего наступает фаза отдыха (телоген) или покоя, перед тем как волос выпадает или удаляется легким усилием. Когда телоген заканчивается, цикл роста волоса начинается сначала. Фолликул спонтанно вступает вновь в фазу анагена в конце телогена. Около 10–15% волос на коже головы находится в фазе телогена. Длительность этой фазы составляет примерно 3 месяца перед началом нового цикла роста волоса. Волос удерживается только кожным покровом и может быть легко удален. Исследования показывают, что обильному выпадению волос соответствует изменение вышеприведенного соотношения: уменьшение процента волос, находящихся в анагене и катагене, и увеличение процента волос, находящихся в стадии телогена.1-2

Во время активного состояния рост волоса особенно зависит от точной, своевременной и пространственно настроенной регулировки экспрессии гена, который чрезвычайно чувствителен к различным стимулирующим и ингибирующим сигналам.3-6

К примеру, известно, что инсулиноподобный фактор роста 1 (IGF-1) необходим для поддержания анагена.7-8 А фактор роста фибробластов 5 (FGF-5), вероятно, является основным регулятором длины волос у человека, сильным индуктором в фазе катагена.9 Длительность активного состояния волосяного фолликула регулируется наличием цитокинов, нейропептидов, гормонов, простагландинов, факторов роста и многими другими факторами. Имеет значение также то, что человеческий волосяной фолликул наделен автономным метаболизмом андрогенов и сложной сетью рецепторов простагландинов.10-12

Очевидно, что стадия роста волос – очень хрупкая и чувствительная к внешним воздействиям фаза жизненного цикла волосяного фолликула. Существует концепция о наличии так называемого бистабильного равновесия.2 Именно от него зависит динамика развития человеческого волосяного фолликула, включая его активное состояние (анаген) и состояние покоя (телоген). Переходные фазы между этими состояниями управляются сложной и динамической сетью взаимодействующих активаторов и ингибиторов, диффундирующих морфогенов и факторов роста разнонаправленных влияний. Сложное и циклическое функционирование человеческого волосяного фолликула находится под контролем многочисленных, сложных сигнальных путей с противоположными влияниями. Однако точная настройка этих влияний зависит не только от своевременной и пространственно настроенной регулировки экспрессии гена, но также от протеогликанов, сложных белков, образно названных «третьей революцией в эволюции» или «третьим биологическим языком» после ДНК и белков. 

Третий биологический язык

Протеогликаны представляют собой сложные высокомолекулярные соединения, состоящие из белка (5–10%), гликозаминогликанов (9–95%) и образующие основное вещество межклеточного матрикса. Они обладают значительным молекулярным разнообразием и представляют собой компоненты, регулирующие ряд процессов в организме. Каждый вид протеогликана имеет четко обозначенную функцию или «язык», который посредством сигнального пути реализует свое влияние на тот или иной процесс.

Протеогликаны играют важную роль в:

  • конформации и растворимости белка;
  • защите от протеолитической деградации;
  • посредничестве при стимулировании биологической активности;
  • внутриклеточной сортировке и экстернализации;
  • эмбриональном развитии и дифференциации. 

Распределение протеогликанов в человеческом волосяном фолликуле впервые описали в начале 1990-х годов для таких соединений, как синдекан, перлекан, декорин и версикан. Позднее благодаря появлению новых иммунологических инструментов появилось представление о распределении протеогликанов в человеческом волосяном фолликуле, об их сложной, динамичной и районализированной сети.

Сегодня известно, что в организме человека существуют тысячи разновидностей протеогликанов. И каждая из них определяет функцию, передаваемую по своему сигнальному пути к определенному процессу.

Разновидности протеогликанов определяются:

  • молекулярным размером;
  • типом и количеством боковых цепей (многочисленные сочетания);
  • сердцевинным белком;
  • формой/структурой;
  • соотношением пропиленгликолей (PG). 

Специфические протеогликаны, присутствующие в волосяном фолликуле, регулируют активацию рецепторов факторов роста, участвуют в тонкой настройке физиологических механизмов основных регуляторов цикличности роста волос.13-14

Так, на стадии анагена в клетках соединительной ткани сосочка происходит интенсивная секреция синдекана 1, интенсивность которой снижается по мере инволюции волосяного фолликула. Эти протеогликаны модулируют каскады Wnt в системе клеточных сигналов в процессе развития. Декорин – небольшой протеингликан, богатый лейцином. Его экспрессия снижается во время катагена и телогена, но экзогенное введение лабораторным мышам в экспериментах ускоряло анаген и задерживало переход в катаген. Декорин непосредственно модулирует подачу сигналов трансформирующим фактором роста бета TGF-β, эпидермальным фактором роста (EGF), IGF-1 и фактором роста гепатоцитов (HGF). Другими словами, декорин регулирует взаимодействие всех известных участников цикла роста волосяного фолликула и, вероятно, выступает в качестве индуктора анагена. Еще один известный стимулятор анагена – версиканы. В фазу анагена уровни версикана находятся на максимуме, а во время катагена (и телогена) его уровни значительно снижаются.

Но чтобы протеогликаны были способны эффективно оказывать модулирующие эффекты, их уровни должны достигать оптимальных пороговых значений. При алопеции, как правило, специалисты их не наблюдают. 

Место протеогликанов в заместительной терапии алопеции

Идея применения протеогликанов для борьбы с алопецией получила свое развитие после многочисленных научных изысканий. Одними из первых к ним приступили в 1992 г. исследователи из датской компании Pharma Medico, выявив прямую связь между нарушениями цикла роста волос и снижением уровня протеогликанов в сосочке волоса и окружающей соединительной ткани. Ими также были установлены протеогликаны, которые контролируют множественные и сложные пути роста волосяного фолликула.15-16

Эти на первый взгляд теоретические работы носили вполне прикладной характер. Разработанная ими оригинальная молекула Marilex® (фракционированный рыбий экстракт с особыми лектикан-протеогликанами) и в лабораторных, и в клинических исследованиях показала свои возможности стимулировать на клеточном уровне рост волос и эффективно продлевать и поддерживать фазу анагена, тем самым увеличивая жизненный цикл волосяного фолликула. Формула Marilex®стала активным компонентом продукта Nourkrin® (Гленмарк Фармасьютикалз Лтд, Индия), содержащего оптимальные соотношения специфических протеогликанов, стимулирующих цикл роста волосяного фолликула.

Именно возможности этого продукта с научно доказанным действием в качестве заместительной терапии для контроля роста волосяного фолликула обсуждали отечественные дерматологи и трихологи на одном из симпозиумов XII Научно-практической конференции дерматологов и косметологов «Санкт-Петербургские дерматологические чтения». Подводя итоги, они отметили, что терапия замещения протеогликанов – это одно из самых перспективных на сегодняшний день направлений, способствующее улучшению функции и оптимизации жизненного цикла роста волосяных фолликулов, а проще говоря, помогающее остановить выпадение волос и обеспечивающее их здоровый рост. А лидером этого подхода вот уже более четверти века во многих странах мира дерматологи и трихологи считают Nourkrin®, удостоенный золотой медали Всемирного общества трихологии и обладающий другими международными наградами. 

Литература

  1. Oh J.W., Kloepper J., Langan E.A. et al. A guide to Studying Human Hair Follicle Cycling In Vivo. J Invest Dermatol. 2015, 136(1), p. 34–44.
  2. Bernard B.A. The human hair follicle, a bistable organ? Exp Dermatol. 2012, 6(8), p. 401–403.
  3. Lee J., Tumbar T. Hairy tale of signaling in hair follicle development and cycling. Semin Cell Dev Biol. 2012, 23(8), p. 906–916.
  4. Samuelov L., Kinori M., Bertolini M. et al. Neural controls of human hair growth: calcitonin gene-related peptide (CGRP) induces catagen. J Dermatol Sci. 2012, 67(2), p. 153–155.
  5. Meier N., Langan D., Hilbig H. et al. Thymic peptides differentially modulate human hair follicle growth. J Invest Dermatol. 2012, 132(5), p. 1516–1519.
  6. Mahé Y.F., Buan B., Billoni N. et al. Pro-inflammatory cytokine cascade in human plucked hair. Skin Pharmacol. 1996, 9(6), p. 366–375.
  7. Philpott M.P., Sanders D.A., Kealey T. Effects of insulin and insulin-like growth factors on cultured human hair follicles: IGF-I at physiologic concentrations is an important regulator of hair follicle growth in vitro. J Invest Dermatol. 1994, 102(6), p. 857–861.
  8. Ahn S.Y., Pi L.Q., Hwang S.T. et al.: Effect of IGF-I on Hair Growth Is Related to the Anti-Apoptotic Effect of IGF-I and Up-Regulation of PDGF-A and PDGF-B. Ann Dermatol. 2012, 24(1), p. 26–31.
  9. Higgins C.A., Petukhova L., Harel S. et al.: FGF5 is a crucial regulator of hair length in humans. Proc Natl Acad Sci USA. 2014, 111(29), p. 10648–10653.
  10. Gerst C., Dalko M., Pichaud P. et al.: Type-1 steroid 5 alpha-reductase is functionally active in the hair follicle as evidenced by new selective inhibitors  of either type-1 or type-2 human steroid 5 alpha-reductase. Exp Dermatol. 2002, 11(1), p. 52–58.
  11. Colombe L., Vindrios A., Michelet J.F. et al. Prostaglandin metabolism in human hair follicle. Exp Dermatol. 2007, 16(9), p. 762–769.
  12. Colombe L., Michelet J.F., Bernard B.A. Prostanoid receptors in anagen human hair follicles. Exp Dermatol. 2008, 17(1), p. 63–72.
  13. Kresse H., Schönherr E. Proteoglycans of the extracellular matrix and growth control. J Cell Physiol. 2001, 189(3), p. 266–274.
  14. Lin X. Functions of heparan sulfate proteoglycans in cell signaling during development. Development. 2004, 131(24), p. 6009–6021.
  15. Westgate G.E., Messenger A.G., Watson LP et al. Distribution of proteoglycans during the hair growth cycle in human skin. J Invest Dermatol. 1991, 96(2), p. 191–195.
  16. Kishimoto J., Ehama R., Wu L., Jiang S., Jiang N., Burgeson R.E. Selective activation of the versican promoter by epithelial-mesenchymal interactions during hair follicle development. Proc Natl Acad Sci USA. 1999, 96, p. 7336–1741.

Партнеры

Яндекс.Метрика