Аналитики сообщили о тренде к росту личных расходов граждан на лекарства и медицинскую помощь

Несмотря на формально декларируемые принципы страховой модели здравоохранения, в последние годы в России наблюдается очень высокая доля личных расходов граждан на медицинские услуги и лекарства. В 2024 году траты россиян на лекарства уже превысили государственное финансирование, а объем платных медуслуг почти сравнялся с долей затрат на медицинскую помощь в системе ОМС. Есть вероятность, что в 2025 году этот тренд усилился на фоне нарастающего дефицита федерального бюджета, считает медицинский юрист Алена Барсова. Ее выводы на основе данных сборника Росстата «Здравоохранение в России» за 2025 год опубликовал telegram-канал «Право на здоровье».

Первое, что бросается в глаза в официальной статистике, — это синхронный рост всех трех показателей финансовых потоков, из которых оплачивается медицинская помощь: правительственных расходов, платных медицинских услуг и розничных продаж лекарств. В 2024 году государство потратило на здравоохранение из региональных бюджетов 2,24 трлн руб. — на 65% больше, чем в 2015-м. Платные услуги выросли еще сильнее: с 528 млрд до 1,62 трлн руб., то есть в три раза. Продажи лекарств — с 1,06 трлн до 2,5 трлн руб., рост в 2,35 раза.

Но главный вывод не в росте, а в изменении пропорций. В 2015 году госрасходы (1,36 трлн) и расходы населения на лекарства (1,06 трлн) были сопоставимы, а траты россиян на платные медуслуги составляли лишь около трети от государственных. К 2024 году картина радикально изменилась: расходы населения на лекарства (2,5 трлн) превысили госрасходы (2,24 трлн), а платные услуги (1,62 трлн) приблизились к ним. В сумме население тратит на здоровье из своего кармана свыше 4,1 трлн руб. в год — почти вдвое больше, чем все региональные бюджеты на здравоохранение, подсчитала эксперт.

Динамика 2022–2024 годов, по ее словам, окончательно закрепила новую реальность. Госрасходы на здравоохранение после падения в 2022 году восстановились, но росли медленно. Платные услуги и лекарства, напротив, прибавляли по 15–20% ежегодно. Индексы физического объема (реальный рост с поправкой на инфляцию) для медплатных услуг в 2024 году составили 105,3%, для лекарств — 109,7%.

«То есть люди не просто переплачивали из-за роста цен, но и покупали больше услуг и лекарств. Таким образом за десять лет российское здравоохранение окончательно стало двухуровневым. Государство гарантирует базовый минимум, но за все, что выходит за его пределы — за скорость, за комфорт, за качество, за лекарства, — платит пациент. Платежи населения выросли настолько, что фактически стали вторым бюджетом отрасли. И этот второй бюджет уже сравнялся с первым», — констатирует Алена Барсова.

Рост доли личных расходов, считает она, может иметь два объяснения: либо люди стали больше платить за качественные услуги, либо они вынуждены платить, потому что бесплатная помощь недоступна. Статистические исследования показывают, что в России работает именно второй сценарий. По так называемым «катастрофическим расходам», когда затраты на лечение превышают 10% бюджета домохозяйства, и по рискам обнищания из-за оплаты медицины Россия выглядит неплохо на фоне Европы. Но это не результат высокой социальной защиты, а следствие того, что значительная часть населения просто отказывается от лечения из-за нехватки средств, даже если такое лечение необходимо.

Так как в 2025 году федеральный бюджет был исполнен с дефицитом, есть риск, что в ближайшие годы бюджетные ограничения будут только ужесточаться. Встает вопрос стратегии для развития сферы здравоохранения. Вероятных сценариев развития ситуации три. Первый вариант: сохранить текущую модель, при которой государство концентрируется на ограниченном наборе приоритетов, а остальное перекладывается на граждан. Это означает дальнейший рост доли платежей из карманов граждан и усиление регионального неравенства, поскольку в бедных регионах платежеспособность населения ниже.

Второй путь — попытаться расширить базу страховых взносов, включив в нее доходы от капитала и ренты, а также ужесточить контроль за теневой занятостью и собираемостью налогов. Это потребовало бы серьезных политических решений и административных усилий.

Наконец третий вариант — это более жесткий контроль за госрасходами и повышение эффективности использования имеющихся средств. Проблема незавершенного строительства (126 объектов здравоохранения), недостаточного освоения инвестиций и низкого качества планирования указывает на то, что резервы здесь есть, считает Алена Барсова.

По данным исследования, проведенного Всероссийским союзом пациентов с участием 1,8 тыс. человек, к платным медуслугам в 2025 году обращалось 93% опрошенных пациентов. За диагностику платили 89%, за консультацию врача — 83,2%. Платными услугами в стационаре воспользовались 18,3%, в дневном стационаре — 13,2%. Как прогнозирует аудиторско-консалтинговая компания Kept, объем платных медуслуг в России может вырасти в 2025 году на 15,2%, до 2,32 трлн руб. К 2030 году показатель может достигнуть 4,27 трлн руб.

Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко в начале октября прошлого года предложила проработать инициативу по сбору взносов на ОМС с неработающего населения, за исключением детей, пенсионеров, инвалидов и людей с ограниченным здоровьем. Предложение обсуждалось в контексте борьбы с теневой занятостью, из-за которой социальные фонды недобирают средств, писал «МВ». Приемлемой суммой называли 45 тыс. руб. в год. В данный момент тема не получила продолжения в публичном пространстве.