Эксперт: эмпатия студентов медицинских вузов снижается к выпуску

07.09.2018
2846

Чем ближе к завершению обучение студента­­-медика, тем ниже его эмпатия. Такое мнение высказал заведующий отделением психосоциальной реабилитации Междисциплинарного центра реабилитации (МЦР), врач-психиатр Андрей Хованов в рамках бизнес-завтрака «Этика общения с пациентами и родственниками: как сгладить «острые углы».

Организаторами мероприятия выступили МЦР и «Союз Женских Сил». В бизнес-завтраке приняли участие врачи-специалисты, главные врачи московских больниц, руководители и сотрудники благотворительных фондов. Цель встречи – обсуждение проблем общения между врачами, пациентами и их родственниками.

Участники бизнес-завтрака сошлись во мнении, что этика и деонтология в медицинских вузах преподаются по остаточному принципу. Интенсивно развивается медицина, вузовские программы стремительно насыщаются новыми  стандартами, методами диагностики, протоколами лечения – студенты пытаются все это впитать, а этику и деонтологию сами вузы нередко относят к элективным курсам.

Андрей Хованов разделяет мнение коллег о том, что корень проблем – в вузовских программах. «Все начинается со студенческой скамьи, учат медицине и совершенно не учат общению с пациентами. В результате у студента-медика навык коммуникаций с пациентами складывается стихийно. Хорошо, если удалось понаблюдать за работой профессионалов или почитать статьи на эту тему. Исследования показывают, что чем ближе к завершению обучение студента-медика, тем ниже его эмпатия. В начале обучения студент имеет скорее личностно-ориентированную позицию по отношению к пациенту, однако в процессе обучения, учась концентрироваться на распознавании патологий, начинает видеть в пациенте уже не условного «Василия Сергеевича», а гипертоника, язвенника и т.д.» – резюмирует эксперт.

Комментарии 1

Вы не можете оставлять комментарии
Пожалуйста, авторизуйтесь
сергей
Вот какой случай произошёл у нас на курсе в ВМА им. Кирова в 1974 году.
Пропедевтика и мнение сантехника с Петроградской стороны.
Для тех, кто не знаком с термином «пропедевтика», объясню – это вводный курс медиков в клиническую медицину, предполагающий обучение методам клинического обследования больного, симптоматики болезней, и воспитание профессиональных черт врача на основе медицинской деонтологии.
На 3-ем курсе все почувствовали себя настоящими докторами. На кафедре и в клинике мы овладевали одной из важнейших медицинских наук – наукой сбора анамнеза. Нас разделили на пары, каждой паре был объявлен больной и к концу занятий мы должны были собрать анамнез жизни и заболевания, установить предварительный диагноз и доложить это всё своему преподавателю. Уяснив задачу, все разошлись по палатам.
Нам с Серёгой Кузнецовым попался крепкий орешек, крупный, но удивительно бестолковый больной. Не буду рассказывать, через какие дебри пришлось пробираться Кузе, а именно он взялся собирать анамнез, ибо больной всё никак не мог понять, что от него хотят.
– Как у Вас обстоят дела со стулом? – задал очередной вопрос интеллигентный Кузнецов, указательным пальцем поправляя очки. Он попал в академию прямо со школьной скамьи и вследствие этого обладал минимальным жизненным опытом, но пропедевтику и медицинскую терминологию знал на «отлично».
– С каким стулом? – не понял больной, как выяснилось, сантехник с Петроградской стороны.
– Ну, как вы ходите по-большому? – попытался изменить вопрос будущий доктор Кузя.
– Как хожу? От метро «Спортивная» иду по Большому до «Пионерской», а там сворачиваю налево. Как я хожу по Большому? – так и хожу. Кузнецов поморщился.
– Запоров и поносов у Вас не бывает? – догадался он переформулировать свой вопрос.
– Нет, – отрезал больной.
И здесь Кузнецов снова наступил на те же грабли, очередной раз злоупотребив словом из «Пропедевтики внутренних болезней».
– А как у Вас обстоят дела с диурезом? – спросил Кузя и прикусил язык, поняв, что больной на его вопрос не ответит, и надо придумывать что-нибудь другое, но в голове крутилось, как он потом рассказал, только детское слово «писать», которое ему было стыдно произнести.
Однако больной-сантехник проявил в этом вопросе удивительную осведомлённость, и так как обладал небольшим словарным запасом, свой ответ дополнил убедительной жестикуляцией. Он согнул правую руку в локтевом суставе, а пальцы сжал в кулак.
– А что диурез?! Жена довольна … две соседки тоже, – при этом его мощная рука была максимальна напряжена и даже от напряжения слегка подрагивала, – Во диурез!
Кузнецов покраснел и повернулся ко мне, как бы прося о помощи.

Партнеры

Яндекс.Метрика